Tartaria01

Tartaria01 is draft of the First chapter of Utopia about Tartaria. Other parts are loaded as Tartaria02 Tartaria03 The concept is presented about the the better rearrangement of a country, that looks similar to Russia. The idealistic view is presented, following traditions of genre of utopia, .

Представлена утопия на тему возможного переустройства страны, похожей на Россию. В соответствии с традициями жанра, представлена идеалистическая концепция обустроенного общества.

Some names used in this Utopia may sound similar with the commonly accepted geographic terms. Thесе similarities are occasional. The same apply to some other terms.



Эпиграф
Ехали татары, А за ними шмары, Прям в тартарарЫ; А за ними - ты?

Ruvim Pechor
For years, Ruvim Pechor occupied a cheap rental flat at suburbian of Springfield, earning his living by occasional translations. A resident permit allowed him to take on any job, which he, in fact, did, in despair of finding work in his specialty. From time to time, some employers considered his 'Curriculum' to make impression of competition of applicants. Also, from time to time, Ruvim's colleagues sent him greetings to which he sluggishly responded. With this, his communication with the outside world was limited.

Before that, Ruvim got reputation of a brawler and an eccentric, who doesn't know where the fish is hidden in sushi (and how to eat it, combining business with pleasure). Ruvim had been alerted, that his publications provoke doubts about success of the whole Project. Then, Boss recommended not to publish his analysis of the statistical significance of the medical efficiency of extracts from the new (genetically modified) plants. The publication was unwanted, because it could cause doubts in efficiency of quantum genetics, used to create new species for the drug industry.. Ruvim did not withdraw the submission of his manuscript. Boss got furious. Ruvim had been fired for "failure of his direct duties".

Ruvim's hopeless life was interrupted by a strange letter. The dean of the Faculty of Biology of the GNUT (Galia National University of Tartaria), Lesli Landov offered Ruvim the position of professor.

Ruvim did not know, who is Lesli Landov. Ruvim did not apply to any institute at Tartaria. Moreover, Ruvim did not remember any scientific article written by colleagues from Tartaria. Ruvim did not even know, that there exist a University there.

Ruvim knew, that his Homeland country does not exist anymore. He knew, that some banditic, slavish states "Tartaria" (or "United States of Tartaria"), slightly "united" and regulated by the International Army, are reported to be created at the devasted land. As for the "University" there - it looked just strange.

However, Ruvim was fascinated by the fact, that Landov had promised to reimburse transportation costs, id est, to buy the tickets for Ruvim, regardless of whether they accept Ruvim for a job or not. There was nothing to lose, and Ruvim agreed.

Ruvim warned his Landlord, that he probably cannot extend the contract for another year. Ruvim suggested that the Landlord sells or just trough out the rest of Ruvim's stuff as soon as the contract expires.

Kristovina


Kristovina Airport was represented by the quite decent runway, big hangar, control tower, and 2-store building with banner: 'KRISTOVINA AIRPORT. WELCOME' Passengers and luggage had been unloaded directly to the pavement near the airplane. Ruvim had been expected something similar from the "Fourth word" (id est, not-developing) country.

The official at the passport control took the passport of Ruvim and asked about the purpose of his visit. - Interview at the University, - Ruvim told and realized, that he does not remember the name of the University. But he quickly found the printed invitation.

- No need, - the official told, returning the passport to Ruvim. - You are in our database. Welcome to Tartaria,　Ruvim pro!

Ruvim was met by a barefoot girl, looking ten years old, in a short red dress without sleeves. She held a poster with the words RUVIM PECHOR. Ruvim approached her, said: - Hello ..

Ruvim wanted to ask the girl, where are her parents, but afraid, that such a question is not polite.

The girl asked semi-affirmatively with horrible pronounciation: - Хай, Ю ар профессор Рувим? - I am Ruvim Pechor, - Ruvim told. - Нице то сее ю, Рувим про, - the girl almost sang, - Ай ам Гелла Иванов. Ай ам студент оф Лесли Ландов. Фоллов ме.

Ruvim tried not to show his confusion and rolled his bag, following yang "Gella Ivanov". Gella flicked her ear, paused for a second and said: - Босс, хи из хира.. Куда везти?.. А потом к Вам?.. Окей, ждите.. Чао!

Gella led Ruvim to the parking lot and loaded his bag into a car with a transparent dome that served as a roof, windows and doors. The inside was comfortable, as in an American taxi. Gella pretty confidently conducted the car; may be, a bit harsh. There was nothing special about the airport: offices, parking lots, workshops, Federal Express, Kentucky Fried Chicken, bus stops, parking lots and other similar constructions.

- Хов дид ю кnов абоут оур университи?, - Gella asked, driving on a fairly decent highway - From Lesli Landov, - Ruvim replied. - By the way, what is your native language? - Руссиан, - Gella replied. - Я свободно говорю по русски, - Ruvim told. - Босс мне не сказал. Обычно пришельцы только спикают. Ну, иногда ещё шпрехают. - Нам далеко ехать? - Около часа. пИсать хотите? - Гм.. - Сейчас мы в Кристовине. Через пять километров граница Галии, у нас можно ссать на любой газон. Если какать, то надо закапывать. Даже приветствуется. Удобрение. Лопата и вода есть. Или вам нужна туалетная бумага, Рувим про? - Нет, спасибо. - Как хотите. Если захотите, скажите, я остановлюсь.

..

The car passed under the arch with the inscription "WELCOME TO GALIA".

- У нас в разных фермах разные законы. - Gella told. - Аэропорт в Кристовине, там хандят попы, грецки и доки; у них много чего нельзя. А у нас хандят тисты и писты, у нас можно. - Мисс Иванов, боюсь, что Ваш язык не совсем русский.. - А какой же? Китайский? - По крайней мере, он сильно отличается от того, которым здесь пользовались полвека назад. Хандят, вероятно, означает handle, управляют.. - Да. Простите, сейчас переведу. ПопЫ суть освященники. Они освящают что ни ПОПАди. И пОпы у них толстые. Поэтому такой термин, "попы". Грецки суть ошметки греко-христианской церкви, а доки суть ортодокцы. И те, и другие считают себя истинными христианами, а конкурентов - еретиками. Они плохо ладят. Всё время ссорятся. Они бы давно отгородились друг от дружки забором, но не могут поделить аэропорт. .. Какие ещё непонятные термы я поюзала? - Писты. - Ну, гринписты. Они зеленым чаем писают. Так по крайней мере про них говорят. И ещё у нас тисты. То есть сайнтисты. Как Вы и я. - Вы тистка? - Ну да. Я же учусь в университете! - Сколько же вам лет? - В декабре исполнится девять. - А как же.. у Вас есть водительские права? - У нас нет возрастной дискриминации. Запрещена Конституцией. - И что, младенец может получить права? - Нет, разумеется! Он же провалит экзамены! - Со скольких лет вы в университете? - С двух. Но это не возрастное ограничение; просто до этого возраста, я очень плохо говорила. - С двух лет? В университете?? - Ну да. Он же УНИВЕРСИТЕТ. От слова "универсальный". С самого низкого уровня до самого высокого. Всех специальностей..

Ruvim realized, that he did not know meaning of term "University" at Tartaria, and kept silent.

Gella left from the highway, brazenly making right turn on a purple traffic light. Soon they stopped at a small one-story house made of thick logs. The house was surrounded by fruit trees. Behind, the similar houses were seen. Ruvim looked at the thick logs used as walls, and thought, that in a civilized country, several similar houses would be built from such amount of wood. However, the glazing of the veranda and the roof of the solar panels looked quite modern.

- Давайте я Вас поселю, а потом поедем к Боссу, - Gella told.

On the ramp, Galla rolled Reubim's bag to the porch and touched the sensor. Inside, something clapped; the door opened, squeaking nasty.

- Пока я не забыла, сделаем Вам кей. Я прошу Вашей руки, Рувим про. - She pressed few bottoms. - Приложите палец сюда, так, как вам удобно, когда вы будете открывать.

Ruvim put his hand on the sensor.

- Так. Хорошо. Проверим. Ещё разок, пожалуйста. - Gella told, and closed the door.

Ruvim again touched the sensor, and the door said in Gella's voice: - Веклам то зе университи отел, профессор Рувим Печор!

The door opened, again with a creak, and Ivanov jumped up in delight and clapped her hands: - Ура! У Вас с первого раза получилось!

Gella showed Reuben rooms. On the stove and in the bathroom. There were recommendations for use, written almost in English.

- Мыться, переодеваться хотите? - Gella asked. - Воняю? - Пока не воняете. Посмотрим, что будет к вечеру. Поeхали!

Professor Leslie Landov was a gray-haired man with a broad, flat face. A bit older than at his picture on the University website, but still looked fine. Landov was wearing a white European-style suit and sandals. With Landov, there was a lady in the room, whom Landov introduced as Doctor Masha Gebistov, and an assistant, whom Landov called Professor Ushat Pomoev; they were in sportive suits. They greeted Ruvim politely.

- Welcome professor Pechor! - Thank you for the invitation, Professor Landov. And for accommodation. - You welcome. Well, first my question: what are your personal, professional interest? - Quantum biology. Formation of protein structures. Electrically induced transitions, using non-classical intermediate states. Mainly numerical simulations. And all around. - Could you give classes of classical biology? - Yes. – Since the beginning? – Yes. - The classes should be in English. - Yes. - Do you know the modern methods of teaching? - I am not sure. Perhaps, no. - Older students teach youngest. Your duties are to consult both, to check the work and to qualify the results. You should in 15 minute specify the topic. Then, during a half-hour, two or three your assistants from higher grades answer questions. You need to handle that process, keeping the answer to be correct. You should handle the master thesis and Ph.D thesis of students. Say, two or three yearly. The more, the better. Assuming quality, of course. The criteria are pretty formal, some results should be published in journals of international circulation. You are supposed to be available for questions of students upon requests; in the daytime immediately; at night – within an hour since the request. Also you should check that students do not use Russian during the consults. – Is Russian prohibited? – Not prohibited, but not recommended. In past, many pseudo-scientific researches in Russian had been distributed. So, it is considered as language of pseudo-science; we should not repeat errors of past. Our motto is "Never again!" - Ok. - Usually, we offer to our guest professors one week of merging into the job. Then, on the base of evaluation by students, we may discuss your salary. It may be from 1 to 4 funs daily. One fun is approximate equivalent of a hundred USA dollars. - Students put qualifications to teacher? - Yes. But each semester, the exams; professors qualify students. Students qualify professors everyday. You are expected to be in the teaching room or in laboratory or in your hotel 6 days weekly. At least 1 hour, from noon to fifteen, up to you, you should be in the teaching room, qualify the homeworks and answering questions. Hours in the Laboratory are up to you, but the early morning is recommended. Also, any moment, 24 hours daily, the students may ask questions, and you are supposed to answer. Here is your biper. - Is it computer? - Yes. It is also spy. It is water protected; I suggest that you keep it with you all the time, even if you are bathing or swimming. Usually it is worn around the neck or on the head like a turban. Or at one's waist. But you may invent your own style.

The biper looked as a dense soft sharf. One side go it was red, another side was pink.

- Main buttons are here. Here is screen. It is sensitive, you may use it as touchpad. Standard menu. Here is objective. Be careful, it is hard; Do not sit on it. Keep it open and clean; let it look in front of you all the time.

– Shall I be watched all the time? – Yes. Follow me, I'll show you the Spyroom.

The Spyroom happened to be a wide hall; the walls were used as screens. Hundreds of movies shown different places, rooms, roads. The big man in a green costume and helmet lied in a big sort sofa, looking at the monitors and typing something in his laptop.

– Hello, Agent, – Landov said, - This is our new teacher, professor Ruvim Pechor. – Ruvim, here is our minister of police, Agent Smith. Agent is his first name. 20years ago, his name had been planned as a joke, but Agent indeed become policeman; so, that joke failed. – Hello, Ruvim pro, – the big man told. My name is Agent. – and Agent shown letters at his uniform, "Agent Smith". - Hello, mister Agent, – Ruvim said, trying to follow the style of the campus.

– Here, at the bottom, there is projection from your biper, – Landov fingered the wall, – Digits indicate your current position and orientation of the objective. We may expand the view.

Landov klicled few bottom at the desk. The lateral screen shown the room and Landov in it, viewed by the Ruvim's "biper".

– That is how it is work. – Landov said, – Every student may spy after the teachers or students. And teachers may check, how student do their home assignment. If questions, Agent helps. – And if Agent is out? – If Agent is out, or sleeps, the Database does the same. If any danger, Agent gets the signal and sends volunteers, or comes to help by himself..

First days
The rest of day was heavy for Ruvim. He watched the program courses he was supposed to handle. He looked at students, trying to understand their level.

The next day was not easier. First, "students" were too yang. Some of them barely could understand English. Second, the programs were not balanced. The textbooks had multiple errors. One "lesson" stated, that the green leaves use the central (green) part of the solar spectrum for photosynthesis. Students were not better. Some of those children were sure, that frogs and worms have penis and vulva (dependently on their sex) and use it for copulation. In addition, they believed, that all the intermediate stages between species may exist.

Ruvim tried to explain, to corrected the educational course, spending most of time in the teacher rooms, going home only to eat, take shower and sleep, but children used to awake him even at night..

In addition, the laboratory works were supposed to be set-up, and Ruvim had to organise students to prepare the biologic samples for this. Equipment was primitive; spectrum analysers and oscilloscopes were out of date; sometimes, even connections to the network failed. Ruvim become almost friend with technicians, who helped to support all this; but the most of work had been performed by students.

Ruvim worked almost without to rest.

Picnic


Picnic had been announced since the beginning of the semester, and the day came. Some driving, some walking, some food, some wine, some dances.. Students and professors and technicians made a big fire; they swam in the lake and jumped through the flame. These jumps were accompanied by music and song. Some of songs were difficult to understand:

Vzvejtes kostrami Chornie nochi; Dajte salami, Detiam rabochikh; Budu neistov, I ya ne zassu, Pustim gebistov Mi na kolbasu!

The youngest students were discussing the meaning of the song, one student from the higher grade, Zina Vertuhaev, began to explain the case. She started almost from Adam and Eve; so, her explanations turned out to be a lecture for the youngest about history of the country. However, Ruvim Pechor also listened Zina.

First, at the territory of Tartaria, there was big slavery empery. It had been called "Advice Union" and also "Slavic Camp", or Scamp. Citizen of the Scamp were poor, and they could not flee from the country. All the Scamp had been surrounded by the special Iron Curtain, made of very strong steel. The special guards, vertuhais, used to kill any slave, who tried to escape from the Slavic Camp to other countries. One of them was my grandpa. The genetic expertise confirms this. My mom had investigated the case.. Grandpa was killed at Big Puff.. The Adivce Union was covered with concentration camps; in these camps, the conditions were even heavier, than in the rest of the Scamp. Fuhrer had been called gensek, then president. Fuhrer he had almost unlimited power. Fuhrers used to fight neighbour countries, in order to get more slaves for the heavy work at the concentration camps. So, the Advice Union used to get wider and wider, as a cancer tissue. Then, the neighbour countries created the special cooperation, called Northern Union, that stoped the expansion of the Advice Union. Genseks could not get new slaves, so, they consumed population of the Advice Union. Genseks had a lot of sons, daughters, grandsons, granddaughters and other relatives. There were too many for the Advice Union, and Gensek allowed them to emigrate to other countries. Gensek had collected heavy taxes from the population. Than income formed the budget. Most of the budget had been sent to the relatives of Gensek, who lived luxury life in other countries. Scamp become bigger and bigger; as a snowball. The ball of snow rolls down the hill covered with a slippery snow.. It becomes bigger and bigger, and then comes to the pavement without snow, and it blows apart; and then the same happens with its parts; they drop to the smallest parts, and so on..

Zina stopped for few seconds and continued:

One of the parts of that "snowball" had been called "Kaia Federation". People in the Kaya federation used to speak Russian. It also had an emperor. Once per few years, he had arranged the special spectacle, performance. They had called that spectacle "Election". People were declared to "elect the president". However, the election committee had been formed by fuhrer from his relatives; so, they altered results, so, the same president won the election again and again. They called him Put-in, as it seemed to be impossible to put him out. That Put had converted the country to the set of farms, handled by his relatives. They used to kill everyone, who expressed any disagreement with this order. However, even relatives of Put did not want to live in Kaya; they left to other countries, as soon as they collect some tons of american dollars. That was supposed to be sufficient for all their life. Put used to sell oil, gas, wood and water to other country, because his relatives did not want to learn, and they could not handle any industry. The scientists, technologists, artists left from Kaia, and Put lost his power. His relatives decided, that they do not need him anymore, and he disappeared. Nobody knows, how did it happen, because the Big Eurasian War begun, it is called BigPuff. Local bandits begun to fight each other; they had very powerful weapon; so, they killed the most of population. In order to keep their secrets, evidences of their crimes, the bandits used to block distribution of information in Russian; then filled all communication channels with their propaganda. That propaganda was in Russian..

Some educated people could read and listen the news in English; they could understand, that is about to happen, and escaped from cities before the BigPuff. So, some of them survived. They used to populate the abandoned farms; They had created our civilisation. Galia is one of the farms I mentioned. The Russian language had beed declared as source of our troubles; so, our fathers had to declare English as official language. So, it is very important to learn English. Even if somebody's parents speak Russian.

– And how about Kristovina? - one small boy asked.

– Kristovina, also English. All the United Farms speak English. Kristovina was a religious center. There are many poops there. Poop is a person, who gets money from the religion and use them to organise the terroristic acts. Poops were rich; then they were killed, a lot of treasure had been found in their secret places. That money had been used by the rebels to build–up the airport. But they have neither science, not own food. So, they were interested to cooperate with Galia. And some other farms around also joined. The result is our country, the United Farms.

– Zina, you did not say anything about the song! – one girl complained.

– A, sorry, – Zina said. – When the BigPuff begun, there was shortage of food. The Put's relatives, in order to enforce their power, used to destroy food. Kolbasa, mentioned in the song, is some kind of salami. It was made from those barbarians, who used to destroy the food. Those barbarians were called "gebists". Gebe meant the secret private police of the fuhrer. Word "rabochi", mentioned in the song, means a worker, say, some farmer, technician, programmer, operator of some machinery. Namely they and their children had no food. Salami become symbol of success; wish to get salami become a symbol of their struggle. People, who wanted to get freedom, sang that song and hanted gebists, if they occasionally entered our land. In this sense, Tartaria is our land. And, especially, Galia. When all gebists were converted to kolbasa, they could not destroy the food, and it was beginning of prosperity of our country.

– Well, now I understand, – some children told. – Thank you, Zina pro.

Children seemed to be satisfied by the explanation. Description of the modern history by Zina sounded a little bit strange for Ruvim, but he did not dare to contradict. En fin, his specialty was biology, not history..

Going back, Ruvin asked Zina Vertuhaev, where did she know about history of Galia. – From papa. He got it from grandpa and grandma. – Who are your grandpa and grandma? My grandma was sexworker at the concentration camp, and my grandpa was vertuhai there. They did not live long.. Papa was a small child, when the BigPuf happened. Grandba was killed at very beginning of the riot.. The Zone left without any supply, and the vertuhais begun to eat the prizoners. Then the zeks rose and killed all the vertuhais.. They would kill my mother too, but they wanted to use her as professional first. Then she escaped, and lived few years more.. Then she was executed by the court for relationship with vertuhai. My papa was supposed to be executed too, as family of vertuhai, but there was amnesty for children. – I do not catch.. Could you repeat, please? – My papa become an orphan, he did not know even his family name. He was called Vasia Administrator. The zeks killed my grandpa and burned the nome of my grandma. Together with documents, of course.. My grandma escaped, but also did not live long. She was killed for relationship with vertuhai. Grandpa was not so brutal animal, as people told about him. He was tender with Grandma. And he helped her, when she gave light to Papa.. – Don't you feel any discrimination because of your ancestors? - Ruvim asked. – No. It is prohibited by law. However, one may not inherit properties of terrorists. The attempt to inherit may be punished.. My papa suffered a bit; he was even beaten by his schoolmates for this. Their parents were prisoners and then partizans.. They kicked son of vertihai, son of those, who killed their parents. But papa got an automatic gun and shouted his bullies. One of attackers dead. – Was your papa punished for this? – No. One of bulleys made video of humiliation of Papa.. After to get a bullet into his shoulder, he dropped the camera and the record remained there. The bulleys did not expect, that Papa has a gun. That movie was a sufficient proof of innocence of papa. The court stopped the consideration soon after to see that movie. As soon, as the plaintiff and father of killed boy accepted fact, that movie is original. – Where did he got the gun? – Stolen from father of one of his bulleis. – Was not your papa punished for robbery? – Not at all. Court decided, that gun had been used for self-defence, and gun owner, father of one of bullies, had been qualified as guilty. For poor education of his son. Victim is allowed to use any weapon against the attacker. Especially that of guilty. However, gun had been returned to owner. – What does it mean "any weapon"? And if the victim uses a bomb, to explode the home of the attacker? – I do not know, how far does right of self-defence go. If some innocent people are killed or injured, this is not good.. for this reason, the A-bomb is not recommended for self-defence. The court should decide. You may ask Pater Brown, he knows a lot of such cases. Some tens years ago, murders and terror as self–defence were popular. It is called "transfer of terror to home of terrorist"..

Ruvim wanted to ask more, but the bus stopped at the Campus; he said goodbye to Zina and colleagues and returned his home.

Ruvim
Horrible things happened in Tartaria many years ago. They looked repulsive, dirty even in description of newspapers of that time, which tried to soften the case. Ruvim did not read the news about Russia: first, he was occupied with studying, then fully occupied with professorship and his research. His goal was to construct the genetic material in a regular way, programming the new organism from the computer. The idea was not new, but the realisation lated, because of the intermediate states were not so stable. The increasing of the field could boost the forming of the new DNA, but the parasite absorption burned the sample before the construction of DNA is finished.

Ruvim had calculated the strange scenario, that used the states of the molecules, that had no classical analogy. At least, the state of some degrees of freedom of these molecules had no classical analogy. According to Ruvim's calculus, this would allow to reduce the required power of the driving field for many orders of magnitude...

After series of the hard discussion, Ruvim convinced colleagues, and his results were published. Ruvim had expected the immediate application, but this did not happen. The Ruvim's method required very expensive precise electromagnetic filed, it could not be done with the commercial devices. The investors, who did not know quantum mechanics, did not want to risk, and Ruvim's results were abandoned. It was beginning of the end of the Ruvim's career at the Springfield.

Upon arrival to UF, Ruvim looked at the history of Tartaria from absolutely new, unexpected view. Ruvim begun to write out his observations.

Ruvin wrote out discussions with colleagues at the Eqtingroom. Better to say, he translated the essence into Russian.

The native language of the most of professors and that of some students was Russian. But they agree not to use it; everybody tries to use exclusively English. They learn this language from other, who also do not speak well English.

Then Ruvim decided to collect his notes about Tartaria. After few years, the file of notes before big:

О дикарях
Это странная страна. Я считал их дикарями, но они просто не такие, как мы. Я должен принять это как есть и постараться стать одним из них. Тем более, что я всё равно не такой, как большинство коллег. В западных публикациях про Тартарию много вранья. Буду записывать то, что удалось проверить.

Для большинства профессоров и даже для некоторых студентов, родной язык - русский. Но они понимают, что русский - это язык преступников. Язык большевиков, фашистов, нацистов, едросов, террористов, ворюг, мошенников, врунов. Они стараются избегать этого языка. Их произношение весьма специфическое; в английском языке, буквы они произносят почти так, как они записаны. Особенно некоторые учителя. Видно, что английский они учили по книгам. Студенты произносят лучше, но не все. В некоторых семьях до сих пор говорят по-русски.

Конструкции, которые тартарцы считают элементами английского языка, запоминаются и используются повсеместно. Это уже даже нельзя назвать ошибкой, это, скорее, новый диалект английского. Примерно так же модифицировался испанский в Мексике, как только им стали пользоваться аборигены.

С русским языком в Тартарии происходит то же, что произошло с языком Навахо в Северной Америке; он целенаправленно и осознанно вытесняется английским.

Бигпуфф
После бигпуффа, ошмётки России разлетелись, как галактики после бигбанга. Историки и корреспонденты, которые могли бы описать этот процесс изнутри, убиты. Архивы уничтожены. Даже самые отчаянные газетчики опасались посещений Тартарии, когда начался Бигпуфф. Теперь Тартария населена варварами. Это потомки большевиков, людоедов, вертухаев, воров, убийц, пропагандистов, едросов, лжесвидетелей, стукачей и прочих коррупционеров. Большую часть населения они поубивали в междоусобных войнах между удельными князьками. Особенно честных сограждан.

Соседние страны разобрали часть территории Тартарии, в соответствии с идеями "исторической справедливости" и этническим составом возвращаемых земель. Центральная часть, кроме мест, где больше всего полезных ископаемых, оказалась не нужна никому. Наблюдается странный процесс самоорганизации. Многие жители этой страны помнят, как не надо. Они стараются поступать наоборот. По крайней мере в Галлии.

Язык и Терминология
В местном английском, артикли почти не используются. Для перевода с американского английского на тартарский английский, надо выкинуть почти все "the" и "a".

Значения слов и выражений здесь сильно отличны от тех, которые используются в других странах.

Быть сексворкером здесь не позор. "Sun of bitch" здесь не ругательство. Наоборот, это выражение означает, что мама человека хороша собой и популярна (и, следовательно, хорошо воспитывает сына).

Выражение "сын вертухая" или "фашистский отпрыск" означает, что говорящий понимает, что у собеседника было тяжелое детство, и выражает готовность простить некоторые ошибки, которые допустил собеседник, и надежду, что такие ошибки в будущем не повторятся.

Выражение "еб твою мать" по отношению к кому-то означает готовность относиться к нему или к ней как к сыну или дочери. Когда я застрял в болоте, именно эти слова использовал старик, который пришёл мне на помощь. Впрочем, эти выражения почти не используются: Во-первых, экстренная помощь требуется редко; а во-вторых, почти все тартарцы стараются использовать английский, и только в ужасных ситуациях переходят на русский. Выражение "fuck you" обычно используется по отношению к даме имеет очень много значений.

Оно может означать лучшие пожелания её супругу или любовнику, которые, несомненно, будут ему переданы дамой и, вероятно, повлекут за собой немедленное действие.

Оно может выражать восхищение красотой дамы. В этом случае, дама отвечает "Gracias", или "merci beaucoup", иногда, хотя редко, используют слово "spasibo".

Выражения "Fuck you" и "Thank you" произносятся почти одинаково и имеют сходный смысл. Такое высказывание может означать предложение встретиться для интимной близости. В этом случае, дама обычно отвечает "when and where?" То есть пользоваться этим выражением надо очень осторожно, потому что это предложение может быть принято. Если это не желательно, то вместо "thank you" обычно говорят "мерси", "грасиас" или "Аригатоу". Слово "спасибо" не принято, даже если говорят по-русски.

Выражение "Ты не прав" считается сильным ругательством; тот, к кому так обращаются, может обидиться. Выражение "You are wrong" считается более мягким. Если собеседник не говорит по английски (таких почти нет), можно сказать "вы ошибаетесь"; обычно после таких слов следует пауза, после которой следует изложение иной ("более правильной") точки зрения.

Непротивление злу
Непротивление злу считается грехом и сильным проступком.

В лесу, вдали от камер, два мальчика побили одного. С чего начался конфликт, установить не удалось. Но они начали третировать его: налили ему грязи за шиворот, нассали в ботинки (он носит ботинки), стёрли из компътера его домашнее задание.

Обиженный долго скрывал, что его третируют. Но потом, случайно, это выяснилось. Обидчики обычно выбирали место для преступления вне поля видеокамер, и так, чтобы преступление не попало на их "биперы". Но однажды они не заметили одну их камер, и местный полицай Смит увидел действие "в реальном времени". Он представил в ректорию отчет.

За то, что Смит не засёк преступление с первого раза, его оштрафовали на два фана. Примерно столько человек тратит на еду в течение недели.

Обидчикам снизили квалификации на 4 поинта каждому. Это означает, что в течение семестра они остаются без стипендии.

Обиженному снизили квалификацию на 10 поинтов. Он признан виновным в поощрении фашизма, недоносительстве и прочих грехах. В обязательном порядке, обиженному прописали годовой курс "борьбы без правил". И, кроме того, год без стипендии.

Местная валюта
В Тартарии своя валюта.

Основная валюта называется "фан" или "фак"; на купюре написано, "United Farms of Tartaria. ONE FUK". Один фан примерно эквивалентен ста американским долларам, но постепенно фан растёт в цене. В некоторых фермах, в частности, в Кристовине, почти все произносят название валюты как "фан".

На купюре в один фан изображены мужчина и женщина. Кроме того, имеется "водяной знак": раскрытое влагалище с несколько гипертрофированным клитором и эрегированный член. Имеются купюры в 10 фанов и даже в 100 фанов, но они используются очень редко.

Одна сотая фана называется "кис" (kis). На монете в один кис изображены целующиеся младенцы.

Одна сотая кисса называется "хуг" (hug), но при расчётах практически не используется; цены округляются до целого числа кисов. Существуют монеты в 25 хугов, 10 хугов, 5 хугов, 2 хуга и даже один хуг. Обычно, они хранятся в домашних коллекциях вместе с огнестрельным оружием. То есть развешены по стенам. В центре хугов имеется дырочка, так что их удобно прибивать гвоздями или развешивать в виде гирланд. Кроме того, хуги можно использовать в качестве шайб, если надо свинтить мягкие доски тонким винтом. Утверждают, что себестоимость изготовления этих монет всё ещё меньше их нарицательной стоимости.

Наличные деньги используются редко.

В магазине в кассе можно "платить пальцем" ("pay with finger") или наличными. При оплате пальцем, сканер считывает отпечаток пальца и находит покупателя в базе данных. Обычно, для ускорения распознавания, покупатель произносит своё имя и/или показывает видеокамере свой шарф-бипер. Это считается хорошим тоном, хотя бипер шпионит за покупателем и его запись в базе данных обычно уже найдена, когда покупатель подходит к кассе. При этом, часть стоимости со счета покупателя перечисляется поставщику продукта, а часть - магазину. Расчётов между магазином и поставщиком продуктов практически нет; так что "налог с оборота" для магазина минимален. Магазином заведует продавщица Полина (на её фартуке написано "Po Len"); она часто заходит в магазин и около одной из касс для неё даже есть специальное кресло.

Можно часть суммы заплатить наличными, а часть - пальцем. Количество наличных может превышать стоимость товара; избыток перечисляется на счёт покупателя, как будто покупатель сдаёт фаны. Количество наличных денег может быть отрицательным; это выглядит так, как будто покупатель покупает фаны. Когда такое происходит, покупателю подмигивают и всячески его поощряют; имеется в виду, что покупатель собирается весело провести время. Иногда у входа в магазин сидят студентки в надежде на то, что кто-либо из покупателей захочет помочь им справиться с домашним заданием и/или помочь им материально.

Со стороны дороги есть рынок, на которые местные фермеры приносят продукты. Там есть две кассовые машины. Для оплаты, покупатель показывает сканеру ценник на товаре и свой палец, и называет своё имя. Дальше, расчёт происходит как в магазине, но на рынке покупатель не может купить кэш. Некоторые продавцы рядом с товаром ставят ящик с прорезью; плату за товар надо опустить в этот ящик. За порядком следят видеокамеры; ещё, обычно, два-три продавца присутствуют и могут даже поторговаться; обычно они из дальних ферм и с трудом говорят по английски, но понимают русский.

Проституция
Проституция не только узаконена, но и поощряется. Считается, что секс полезен для здоровья человека и нации, уменьшая агрессивность.

Если парень и девушка не живут вместе, но между ними происходит "случайный секс", то считается хорошим тоном, если парень платит девушке один фан. От продолжительности секса, количества оргазмов, возраста партнёров и используемых поз эта цена не зависит. По крайней мере, так написано в учебнике этики. Это один из немногих учебников, который доступен на двух языках, на английском и на русском.

"Случайный секс" является обычным делом среди профессоров, техников и студентов. Иногда студентка, желая совокупиться с парнем, показывет ему бумажку в один фан или даже просто средний палец, а иногда - руку, согнутую в локте, наподобие возбужденного члена. Смысл этого жеста в Тартарии противоположен тому, который он имеет в других странах. Если девушка показывает парню бумажку, то обычно парень её берёт со словами благодарности, но отдаёт её обратно сразу после полового акта. Такое обычно среди студентов младших курсов, которые не имеют фанов, которые они могли бы дарить своим дамам. Выражение "to have fun" приобретает необычный и буквальный смысл, играя несколькими своими значениями сразу.

Профессиональных проституток в Тартарии почти нет, обычно проституция рассматривается как хобби.

Для привлечения клиентов, женщины такого рода показывают половые органы, мастурбируют и даже иммитируют оргазм. В холодное время года, они испoльзуют специальную одежду, которая оставляет открытыми соски и влагалище, или закрывает их прозрачной пленкой, через которую видны детали. Считается хорошим тоном, если женщина привлекает клиентов на улице, но она, особенно в зимнее время, может ловить клиентов и в помещении; часто это магазин или церковь. Стоимость её услуг обычно выражается целым количеством фанов и обсуждается с первых фраз разговора с клиентом.

И клиенты, и сотрудники магазина относятся к проституткам почтительно и доброжелательно, Считается, что для магазина хорошо, когда у входа сидит хотя бы одна студентка, привлекая клиентов с такими намерениями.

В принципе, возрастных ограничений на проституцию нет, но если у проститутки менее пяти лет стажа и её возраст меньше 12 лет, она может предоставлять свои услуги только в присутствии хотя бы одного из её родителей. Обычно это студентки младших курсов; их обозначают термином "претти" или "претин" ("preteen"). Практически, даже сидя у входа в магазин, студентки обычно больше заняты своими уроками, чем привлечением клиентов; это тоже считается хорошим тоном. Иногда, как часть оплаты за свои услуги, студентка попросить клиента помочь ей с решением задач, доказательством теорем и т.п.; это приветствуется администрацией, так как облегчает работу профессоров, обязанных консультировать студентов бесплатно. Если родители такой студентки работают, то оплата её услуг помощью в учебе осуществляется до предоставления услуг, так как студентке и клиенту приходится дожидаться возвращения родителей.

Здравоохранение
В Исталово есть госпиталь. Еженедельное медицинское обследование бесплатно и обязательно как для граждан, так и для визитёров.

На Кампусе есть филиал. Филиал называется "Medpun". Это слово обозначает экстренную медицинскую помощь, когда всё плохо ("пун"). Но и профилактические обследования тоже. Каждую неделю минут десять, а то и пятнадцать - псу под хвост.

Там работает один главврач Glem Gvardina и стайка студентов, которых он вызывает по мере надобности. Имеется система почасовой оплаты их труда.

Если при обследовании выявлена заразная болезнь, человеку могут предписать карантин. Выглядеть это может как нечто среднее между тюрьмой и госпиталем. То есть человек торчит у себя дома, или даже в больничной палате, пялится на экран, где идёт его же лекция, и сиплым голосом пытается вести лекцию. Очень противно. Когда я провалился в болото, простыл и охрип, то попал именно под такую экзекуцию. Пациент может оспорить решение о заключении в госпиталь через суд, но в случае проигрыша дела, с него взыщут судебные издержки, так что лучше не рисковать. Я так и не понял, каким образом переохлаждение считается заразной болезьню. Так что у меня к Глему Гвардине серьёзная претензия.

В Галии много инвалидов. Многие пожилые инвалиды потеряли здоровье ещё во время Бигпуфа, когда мафиози, захватившие власть в каком-либо городе, разрушали те соседние города, которые отказывались подчинится. То есть платить дань более сильному соседу. Почти все пожилые техники (technitians) имеют увечья. У кого-то нет ноги или руки, кто-то без уха, у многих шрамы. Они напоминают, что старшее поколение пережило BigPuf.

Среди студентов много наследственных заболеваний. Большинство студентов во время уроков сидят или лежат дома, так как их транспортировка в учебную аудиторию затруднительна. Многие из них появляются в креслах-катаклах только для экзаменов.

Говорят, во время Бигпуфа, некоторые князьки использовали как отравляющие вещества, так и тактическое ядерноe оружие. Это было неразумно, так как спутниковые системы соседних стран отслеживали, откуда ведётся обстрел едрёными бомбами; вояки, которые вели такой обстрел, уничтожались Международными Войсками в течение нескольких минут, а генералы, отдавшие такой приказ - в течение нескольких дней. Генерал уничтожался вместе с несколькими прилегающими к его резиденции кварталами. Это преподносилось мировой общественности как материализация ядерного сдерживания. При этом солдаты Международных войск в зоны конфликта не посылались. Некоторые энтузиасты "Красного Креста" пытались помогать жертвам, но немногие из них остались живы; обычно их грабили и убивали ещё по дороге. Атаки химическим оружием тоже отслеживались, и были ещё более губительны для волонтёров: воюющие паханы старались "убрать свидетелей" и бомбили госпитали, в которых волонтёры распространяли антидоты.

Потом ядерные взрывы прекратились, но трудно сказать, был ли это результат ответных ударов Международных Войск, или просто маньяки уже использовали всё химическое оружие и все ядерные устройства, какие были в их распоряжении. Заводы по их изготовлению были разрушены ещё раньше. Обстрелами были повреждены также многие склады радиоактивных материалов. Многие районы Тартарии заражены радиоактивными изотопами до сих пор.

После Бигпуфа, значительная часть помощи благотворительных организаций была потрачена на разработку и изготовление миллионов "биперов", так в просторечье называли примитивные счётчики Гейгера. Более поздние модели этих счётчиков получили дополнительные функции, сперва телефонов и навигаторов, потом телекамер и компьютеров с интернетом и, наконец, были инкорпорированы в федеральную систему мониторинга. Министерство радиационной безопасности потратило значительную часть своего бюджета на детальную обновляемую карту заражения территории Тартарии нестабильными изотопами. Министерство медицины получило оперативные данные о каждом пациенте, по крайней мере о его температуре и сердцебиении. Министерство Полиции получило возможность предсказания преступлений; иногда дежурный участковый успевал на место преступления до того, как оно завершено. Разбойник ещё только замахивался ножом, а пулемётная очередь участкового уже превращала его в решето.

Пишут, что с тяжело больными в Тартарии обращаются плохо; сложные операции не проводят, а переправляют пациента в другие страны. Это отчасти так. Но расходы обычно оплачиваются страховыми компаниями. У меня "Basic Insurance"; если я тяжело заболею, то меня выставят из страны в течение одного месяца.

Западные авторы пишут, что слабых детей в Тартарии съедают, так что детская смертность превышает 50%. Это не совсем так, и эта смертность с каждым годом уменьшается, хотя многие новорожденные, действительно, умирают через несколько часов. Студентам свежие ткани нужны для экспериментов. То есть для лабораторных работ. Это цинично, но я вынужден констатировать, что и для обучения, и для исследований это важно. В частности, мы исследуем возможность восстановления поврежденных ДНК. Там есть внутренние механизмы рекуперации, и было бы интересно реализовать их в лаборатории. Это надо делать на стадии зачатия, а не после рождения, но для предварительных опытов ткани новорожденных тоже годятся. Видит Бог, это не мой выбор; я бы предпочёл работать с хлореллой или дрозофилами. Однако ощущение, что человеческие препараты всё равно пропадают, вынуждают меня работать с ними. Это не моя специальность, но некоторые студенты очень толковые; так что может получиться очень даже прикладнуха - то, чего мне не хватило в Спрингфилде.

Большое количество больных наследственными заболеваниями обусловлено ещё и обычаями этой страны; здесь поощряются инцест и кровосмешение; считается хорошо, если женщина беременеет от своего брата, отца или сына. Ожидается, что в течение нескольких поколений, такая политика сильно уменьшит количество наследственных заболеваний. Я думаю, что расчёт разумный, хотя и не понимаю, при чем здесь моя квантовая генетика.

P.S.: Между прочим, число, которое пишут в последней строчке на ценниках в магазине и на рынке - это радиоактивность продукта, количество ядерных распадов в секунду, которое происходит в килограмме продукта. Параметр сомнительный, так как он не учитывает энергию распада, но лучше, чем ничего. Продажа продуктов без такого ценника запрещена федеральным законом Тартарии. А если в ценнике радиоактивность продукта занижена, то виновника оштрафуют, а во второй раз могут и посадить. Буду внимательнее читать ценники, когда покупаю еду.

Church


На кампусе есть церковь. Точнее, Храм. Храм расположен на холмике, и дорога, по крайней мере до перекрёстка, смотрит прямо на него. Издали Храм выглядит как причудливый рекламный плакат, и мало кто из туристов проезжает по дороге, не зайдя в Храм.

Храм открыт круглосуточно. Попа зовут "Отец Браун". Возможно, по аналогии с героем романов Чистертона. Может быть, имеется в виду мультик про пса Snoopy. В официальных документах, Отец Браун обозначен как Charles Ivan(ovich) Browning, а храм обозначен как "shurch".

Стены Храма покрыты фресками, и изнутри, и снаружи. Изображены боги, ведьмы, русалки, сфинксы, кресты, свастики, пятиконечные и шестиконечные звезды, серп и молот, инь и янь. Некоторые изображения показывают садистские пытки и даже ритуальные убийства; многие изображения имитируют художественные стили прошлых веков, но некоторые столь же реалистичны, как и рекламные плакаты. Говорят, что они и есть рекламные плакаты, и что многие фирмы и даже мировые организации приплачивают Брауну, чтобы то или иное изображение было показано в или на его Храме. Никто его за это не осуждает, так как церковь принадлежит Брауну, и надо же Брауну из чего-то платить налоги.

Однажды я пришёл в Церковь и прочитал вслух "Отче наш". Когда я закончил, я увидел, что Отец Браун на цыпочках подкрался сзади и наблюдает за мной. Браун с опаской спросил не христианин ли я. Я ответил, что нет, и в доказательство привёл несколько цитат из Библии, которые считаю ужасными. И показал на икону, изображающий ритуальное убийство Иисуса. Браун заявил, что я неправильно интерпретирую Библию, и завязалась дискуссия. Нам пришлось уйти в его каморку, чтобы не мешать студентам, которые пришли в Храм, чтобы спеть "Хари Кришна". Выяснить до конца точку зрения Брауна о Библии я не успел, потому что позвонили мои студенты. Они перепутали препараты и мне пришлось бежать в лабораторию, чтобы спасти эксперимент.

В каморке Брауна на стене висит винтовка с оптическим прицелом, пулемёт, пара пистолетов, ручные и ножные кандалы, три гранаты и большой ржавый гвоздь, импортированный из Израиля. Местные христиане утверждают, что это один из тех гвоздей, которыми был распят Иисус Христос.

Однажды этот арсенал увидел коллега Брауна, миссионер из очень христианской европейской общины, и пришёл в ужас. Вернее сказать, что он не вышел из ужаса, так как в ужас он пришел её раньше, увидев сперва фрески на стенах церкви, а потом - прихожанок, 'снимающих" клиентов у входа.

Впрочем, говорят, что в такой же ужас приходят и другие шибко набожные визитёры и других религиоазных групп из других стран.

Иногда Храм подвергается атакам вандалов. Обычно преступники ловят момент, когда в Храме никого нет, и пытаются облить краской фрески. В особенную ярость хулиганов приводит изображение Иисуса Христа, вполне натурально любящего Богородицу, причем среди апостолов нарисована Мария Магдалина. Говорят, что Марию Магдалину Браун дорисовал позже, после того, как один католический поп с гневом объяснил Брауну, что Дева Мария не то же самое, что Мария Магдалина. Исправленное изображение возмутило иностранных коллег Брауна ещё больше, и они залили изображение мазутом. Браун, угрожая пистолетом и гранатой, заковал вандалов в наручники и передал Смиту. После этого Браун смыл мазут бензином, а визитёрам предъявил иск за "оскорбление религиозных чувств". Злые языки говорят, что значительная часть доходов Храма формируется за счёт удовлетворения таких исков.

После случая с мазутом, Браун обычно встречает преступников громким предупреждением на низких частотах; репродукторы настроены так, что кажется, что голос идет с неба. То есть не обязательно преступников, но каждого, кто пытается протащить чего-то в храм. Даже если пожертвование.

Пожертвования принимаются либо "пальцем", либо, для наглядности, фанами. Передача фанов рассмаривается как ритуал, по напыщенности сравнимый с чайной церемонией: фан сперва передаётся попу и "освящается", становится "святым фаном". "Святой фан" возвращается обратно прихожанину, торжественно передаётся им понравившейся ему весталке (практически в роли весталки выступает любая прихожанка, вызвавшаяся играть эту роль), она кладёт этот фан на циновку у изголовья, и лишь после соития торжественно опускает этот фан в щель специальной кассы, где он долго планирует вниз по длинной прозрачной трубе. Студенты младших курсов вместо фана могут использовать любую другую купюру, плоть до одного киса, но после "освящения" попом, то есть Брауном, этот кис тоже становится "святым фаном", и его дальнейшая передача сопровождается таким же ритуалом, как если бы он изначально был фаном.

Один раз бандиты притащили в храм взрывчатку. Впрочем, Браун (вероятно, не без помощи Агента Смита) их вычислил и встретил пулемётной очередью. Говорят, что это единственный раз, когда Брауна видели в ярости; у него слезились глаза и настолько тряслись руки, что он задел палец на ноге бандита, нарушившего приказ Брауна лечь на землю и положить руки на спину. Мусульманская община подала на Брауна аппликацию в суд за причинение травмы, и потом платила не только астрономический штраф в пользу Брауна, но и судебные издержки.

Любые инциденты у Храма сопровождаются повышением налога, который платит Браун, так что он боится хулиганов. Опасаясь новых шахидов, мартиров и джихадов, Браун запретил вход в Храм в одежде; прихожане раздеваются в маленькой часовне у ограды, принимают крещение в специальном водоёме, подныривая под прозрачной стенкой из мягкого пластика, и лишь после этого святого омовения входят в Храм. Этот же водоём используется для крещения детей, а некоторые экстремистки, считая воду этого водоёма священной, даже рожают в нем, хотя в медпуне есть удобная ванна, оборудованная специально для принятия родов, и доступная для этой цели в любое время дня и ночи.

Браун принципиально против торговли в Храме. Несколько раз он выгонял из Храма коллег, пытавшихся распространять в храме свечи, иконы и святые тексты. Впрочем, альбомы Храма, а также кружки, куртки, скульптуры и прочие сувениры с изображениями Храма продаются в Магазине. Злые языки иностранных печатных изданий и сайтов квалифицируют Храм Брауна как музей, но ещё как художественный салон, бордель, баню и класс для занятий йогой.

Браун почти всё время торчит в Храме. Он или читает проповеди, или трындит с прихожанами, или чинит что-нибудь, или сидит за компом и совершенствует церковный сайт. Фрески Браун наносит вручную, размечая изображение с помощью проектора; обычно ему помогают студенты. Часто новое изображение рисуется прямо поверх старого; некоторые изображения Браун копирует из мировых музеев, а некоторые создаёт сам.

Браун ищет ученика, который помог бы ему создать для Храма новые иконы в виде движущихся скульптур, воспроизводящих сцены из Ветхого и Нового завета в натуральную величину. У Брауна пока недостаточно средств для реализации этого проекта и он ищет спонсоров. Браун говорит, что для таких икон ему прийдётся строить новое здание Храма.

Полиция
В Галлии своё министерство полиции; у них офис в Исталово. Там обычно сидят "Minister of police" и "executive officer"; а по ночам и выходным - два "duty offecers". Они разбирают жалобы от населения и пялятся в экраны мониторов, но в любой момент по крайней мере один из них может выехать по вызову. Обычно по дороге к нему присоединяется несколько нештатных сотрудников, для которых работа в полиции - хобби. Министр полиции выплачивает волонтёрам премии из специального "резервного фонда". Потому что ему лучше истратить резервный фонд, чем потом платить штрафы за не предотвращенные преступления.

Кроме того, есть филиалы. Директором университетского филиала является Агент Смит, тот самый, который обычно дремлет в Шпионской комнате, иногда сквозь полуоткрытые глаза поглядывая стену, куда проецируются изображения видеокамер.

Примерно раз в год, для полиции оранизуется игра "Kazakira". Этимология этого названия не ясна, но фонетика термина указывает, что он может быть позаимствован из Японского языка; может быть, по имени изобретателя, придумавшего эту игру. Суть состоит в том, что группа добровольцев-шутников выключает биперы и передвигается из одного пункта в другой. Министерство Полиции, в сотрудничестве с министерством Обороны, должны обнаружить перемещение людей без биперов и поймать шутников; или, хотя бы, обстрелять их шариками с краской. Шутникам засчитывается каждый километр, который им удастся пройти или проехать без биперов, не будучи обнаруженными, и, после этого, каждая минута до того момента как они обстреляны шариками или пойманы. Последний рекорд поставлен в позапрошлом году и составил 23 километра и пять часов 37 минут. Четыре шутника в гидрокостюмах сперва сплавлялись по реке Кавари от фермы Гомора через Комурию, но были обнаружены инфракрасными камерами Крестовины. После этого они отсиживались в Комурии, в заброшенной штольне, не оборудованной видеокамерами. Они были обнаружены роботами по следам вещества, которое они разбрасывали, чтобы отбить нюх у собак-ищеек. Через год, их коллеги пытались побить этот рекорд, но были выловлены ещё раньше с помощью системы активных акустических детекторов.

Армия
В Тартарии есть Министерство Обороны (МО). Расположено в Столице, то есть в Монастыре. Там, кроме министра обороны, ошивается девять генералов и несколько консультантов из США, Европы и Японии. Эти генералы суть Центральный Штаб Армии. Вход свободный, любой может прийти на экскурсию. Или посмотреть с улицы, здание стеклянное. Имеется в виду, что если будет война, то генералитет спустится в Бункер, а здание всё равно сметут. Во дворе стоят два танка, три бронетранспортёра и ракетная пусковая установка. И ещё полигон сбоку. По нему на этих танках учатся ездить студенты.

Над полигоном МО обычно ошивается стайка дронов, там же расположена и "кормушка", то есть ангар, куда они иногда залетают заправиться. Ещё есть несколько дроновозов. По виду как обычный легковой автомобиль. Но если крыша открывается, то оттуда может стартовать дрон. Если прямое шоссе и мало траффика, то и приземлиться тоже, но практически дроны садятся на дорожку, и их потом грузят на дроновоз вручную.

Старые машины, перед тем, как увозить на металлолом, выпускают на полигон. Оператор дистанционого управления автомобиля старается увернуться от дрона, а дрон, наоборот, подбить машину. Оператору автомобиля засчитываются поинты за каждую секунду с того момента, как машина выезжает из укрытия, до того момента, когда дрон попадает и машина превращается в огненный смерч. Кроме того, по десять поинтов в засчитывается оператору автомобиля за каждую "фигу", которую выпускает по автомобилю дрон, если дрон промахивается. Эти поинты вычитаются со счета команды из создателя, монтажника и программиста дрона. Оператором автомобиля может быть кто угодно; обычно это прежний владелец автомобиля, который купил новое авто и не смог продать старое.

Злые языки говорят, что два танка которые есть стоят во дворе МО, суть все танки, которые имеются на вооружении в Тартарии, но это не так: Каждый год два старых танка расстреливаются дронами, примерно так, как они это делают со старыми автомобилями. Какое-то количество дронов и дроновозок прячется по периметру Тартарии, но сколько где именно, неизвестно. Их количество разные авторы оценивают по соответствужщей графе военного бюджета, но оценки получаются разные. Время то времени, кто-либо из достаточно состоятельных бизнесменов устраивает "военную шутку". Он получает списанный танк или бронетранспортёр, маскирует его под фургон и отвозит в любую точку на территории Тартарии. Обычно это делается во время пурги, грозы и желательно ночью, когда видеокамеры почти ничего не видят. Танк выключает бипер, выезжает из укрытия и едет по дороге, пустырю или через лес. Шутник обязан заранее оцепить место, где будет передвигаться танк, и договориться с собственником земли, если танк будет двигаться не по территории шутника. Часть этих издержек Шутнику компенсирует МО, выплачивая премию за каждый километр, который танк проедет до того, как его заметят, и за каждую секунду, которая пройдет после этого до того момента, когда дрон подлетит и превратит боевую машину в груду оплавленного металлолома.

Иногда для проверки дронов используется старый самолёт, который вылетал свой ресурс и подлежит утилизации, или старая ракета, у которой истекает срок годности. Эти полеты планируются заранее и поэтому не вызывают такого азарта. Кроме того, полицаи и армейцы соревнуются в запуске дронов. Полицаи неожиданно запускают легкий дрон с выключенным транспондером, а армейцы должны его засечь и поймать. Потом наоборот. И смотрят, чей дрон без транспондера улетит дальше до того, как его обнаружат, и как долго продержится в воздухе после этого.

Некоторые лаборатории "работают на два фронта", продавая одни и те же разработки и министерству полиции, и министерству обороны. В среднем, легкий радиопрозрачный дрон над территорией Тартарии пролетает порядка 20 километров; после этого он обычно получает специальный код "You are detected" и должен следовать командам конкурирующего министерства. Если он этого не делает, то его сшибают и ущерб, который нанесёт его падение, выплачиваеться из бюджета того министерства, которое его запустило.

Иногда полицаи и армейцы кооперируются во время военных и полицейских шуток, но редко. Закон запрещает шутникам иметь оружие или его имитацию, так что ими занимаются полицаи, а армейцы могут лишь помогать, выполняя просьбы ("рекоммендации") полицаев. Если же происходит вторжение вооруженного противника, то функции меняются, и полицаи выполняют "рекомендации" армейцев. Полицаи следят, чтобы на пути вооруженных интрудеров не оказалось гражданского населения; полицаи загоняют мелких детей и прочих безоружных граждан в здания. Но если у кого есть хотя бы пистолет, он имеет право находиться в зоне конфликта и даже принимать в нём участие; биперы помогают идентифициовать своих. В большинстве случаев, тартарин с оружием является либо внештатным полицаем, либо солдатом-резервистом; такие граждане "мобилизуются" в первые же минуты конфликта; они знают, где их коллеги и начальство, так что они действуют организованно. Внеслужебные контакты между сотрудниками МО и МП запрещены; исключение составляет лишь ежегодный матч по соккеру; но сотрудники специального "Department of state" следят, чтобы армейцы и полицаи встречались лишь на игровом поле и честно конкурировали в тех областях, где области их компетентности пересекаются.

СУДЫ
Суды выбираются на основе открытого голосования в интернете. Списки, адреса и телефоны голосовавших за каждого кандидата вывешиваются. В каждом ферме есть свой суд. За судей могут голосовать лишь граждане, уплатившие налоги. Сотрудники университетов и прочие государственные служащие тоже голосуют, так как считается, что их налоги уже вычтены из их зарплаты. Так выбирают двоих судей для суда каждой фермы.

Решения суда Тартарии приводится в исполнение судебными копами. Практически, судебным копом может быть любой гражданин Тартарии, декларирующий себя таковым. Судебные копы стараются, чтобы их действия точно соответствовали приговору суда. (Если окажется, что не соответствует, коп сам может попасть под суд.) Часто суд устанавливает, параллельно с приговором, кто должен исполнить решение суда.

Верховный суд состоит из 9 судей, по одному от каждой фермы. При рассмотрении дела о преступлении, совершённом на территории какой-либо фермы, все судьи Верховного суда исходят из законов, действующих на территории этой фермы. Например, если женщина показалась на в людном месте на территории Имара с непокрытой головой или открытыми сиськми, то каждый верховный судья должен рассматривать это как преступление, даже если он из Галии или Кириана, где можно ходить вообще без ничего. Аналогично, если мать тринадцатилетней девочки в Кириане не разрешает ей ночевать у её любовника, то каждый судья должен рассматривать это как преступление, даже если этот судья из Мурки, где дочь по закону является собственностью Матери, и даже если этот судья считает, что такое право матери является справедливым. Те судьи, которые не способны на такое объективное рассмотрение, берут самоотвод и судью на их место приходится выбирать заново.

Администраторы
Назначение министров фермы осуществляется администратором фермы. Назначение министров Тартарии осуществляется администратором Тартарии. Они же определяют размер и порядок взымания налогов. Налоги с гражданина Тартарии взымаются в соответствии с теми затратами, которые в связи с его деятельностью несёт администрация: полиция, министерство транспорта, пожарная охрана, здравоохранение, министерство обучения, и т.п.

Каждый гражданин Тартарии может декларировать себя кандидатом в администраторы и разместить на своём сайте свой план развития страны: какую деятельность он считает национальной и важной, как он собирается её осуществлять, кого он собирается на какие должности назначить, и, самое главное, с кого, сколько и как он собирается взымать в виде налогов для того, чтобы покрыть расходы.

Далее все граждане, которым понравилась программа какого-либо кандидата или он сам, отмечаются на его сайте. Система проверяет, что отметившиеся в пользу какого-либо кандидата уплатил налоги, и засчитывает его голос. Кандидат, набравший наибольшее количество голосов по ферме или по Тартарии, становится администратором на три года. В течение недели, предыдущий администратор и его команда должны передать дела новому администратору, и новый администратор начинает руководить фермой или всей Тартарией, распоряжаясь собираемыми им налогами.

Мошенничество на выборах считается особо тяжким преступлением. Министр полиции, которые не выловил во-время мошенников, могут получить штраф в размере порядка стоимости всего его имущества, да ещё в придачу и пожизненную люстрацию. Мошенник участвующий в подтасовке голосов, может поплатиться жизнью. Особенный интерес следаки проявляют к сайтам, контент которых зависит от адреса, с которого на этот сайт залезают; такие сайты подлежат дисквалификации; попытка использовать их в предвыборной компании (даже если они не использованы для мошенничества) влечёт серьезные штрафы, вплоть до конфискации доменных имён и физических устройств.

Ни один человек не может быть выбран администратором более двух раз. Каких либо иных указов, не обеспеченных соответствующим финансировением сверх декларированной суммы, администратор издавать не имеет права. Кроме того, администратор не имеет права тратить бюджет на какие-либо программы, не задекларированные им в предвыборной программе. Все такие указы считаются преступными, и гражданский долг каждого жителя Тартарии - препятствовать их выполнению. Одним из самых эффективных способов такого препятствования является обращение в суд - местный или верховный, в зависимости от того, осуществляется администрирование фермой или всей Тартарией.

Дела о нарушении администратором Конституции имеют приоритет и рассматриваются в первую очередь. Если хоть одно такое нарушение выявлено, то Суд декларирует недействительными все указы администратора начиная со дня первого нарушения, и назначает новые выборы нового Администратора.

Работа администратора тяжёлая и неблагодарная. Обычно возникают непредвиденные расходы, которые администратору приходится оплачивать из своего кармана. Иногда администратор растрачивает на это все свои сбережения до конца своего срока; тогда он вынужден просить помощи в виде добровольных взносов; и если ему не удается найти достаточно щедрых спонсоров, он вынужден объявить себя банкротом и уйти в отставку, объявив досрочные выборы нового администратора.

Адмистрирование в Тартарии - опасная деятельность. Если Суд признает нецелевой трату каких-либо национальных фондов, или констатирует невыполнение предвыборных обязательств, то деятельность Администратора квалифицируется как мошенничество. В этом случае администратор может заплатить убытки и штрафы со своих личных банковских счетов; а если их окажется недостаточно - лишиться права иметь собственность то тех пор, пока убыток будет выплачен. И не сможет занимать государственную должность. Если при этом суд считает доказанным злой умысел администратора, что нецелевое расходование фондов допущено намеренно, что использована сознательная ложь - тогда деятельность такого администратора признаётся антиконституционной, антинациональной, антинародной и особо опасной; результатом может явиться крайняя мера обороны, то есть смертная казнь или принудительные работы (если у судей есть надежда, что соучастники не смогут освободить приговорённого).

Практически, до таких страстей обычно не доводят: при обнаружении нецелевого использования национальных фондов, или превышения полномочий, администратор подаёт заявление о том, что он не может выполнять работу администратора, не дожидаясь, когда назначена дата судебного рассмотрения дела о его импичменте. В этом случае он может отделаться сравнительно легким наказанием, не включающим тюремное заключение.

Аналогичным образом строится администрирование университетов и даже факультетов. При этом молчаливо предполагается, что избратели "прислушиваются" к мнению администратовов Фермы и страны (даже если администраторы - невежды в тех науках, которыми занимается факультет). Налогов университет собирать не может, и выборы ректоров и деканов производятся после выборов аднинистраторов страны и фермы, когда уже известно, под какие дотации должен быть "сверстан" бюджет университета.

Считается хорошим тоном, если в конце своего срока администратор страны, фермы, или ректор, или декан оставляет своему приемнику некоторый резерв фондов, но не слишком большой, чтобы его не обвинили в скопидомстве. Такие случаи редки; чаще, адинистратор, ректор или декан в конце своего срока "остаётся в минусе", оплачивая непредвиденные расходы из своего кармана.

Иностранные дела
Тартария не имеет официальных постоянных представителей в других странах. Точнее сказать, любой гражданин Тартарии имеет право представлять интересы Тартарии в других странах. И обязан немедленно уведомить администрацию Координатора обо всех действиях, заявлениях, которые он делает от имени Тартарии. Чтобы не попасть впросак, ему приходится изучить, кто из сограждан чего уже сделал/заявил/пообещал от имени Тартарии. Если Гражданин, выступая от имени Тартарии действует не в интересах Тартарии, то его действия могут быть обжалованы в Верховном суде. Если он действует против интересов какой-либо одной из ферм Тартарии, но выступает от имени этой фермы, его деятельность может быть рассмотрена локальным судом. Поэтому охотников представлять Тартарию или даже хотя бы одну её ферму не так много.

Может получиться, что два человека представляют Тартатию (или какую-либо из её ферм) противоречивым образом. В таком случае, суд решает, кто из них прав и/или кто из них может и дальше представлять эти интересы таким образом. Обычно предпочтение отдаётся тому, кто чето-то сделал или сказал раньше; "первое слово дороже второго"; тому, кто оказался вторым, приходиться признать, что он плохо изучил базу данных того, что уже натворили и наговорили от имени Тартарии.

Для правительств иностранных государств, имеет смысл не заключать государственный договор со всей Тартарией, а каким-либо её ведомством, министерством или даже конкретным представителем. Обычно министры сохраняют преемственность методов и договоров, так как их деятельность жестко ограничена Конституцией и проектом, который представил действующий администратор.

Дорожное движение
Правила дорожного движения в Тартарии отличаются от европейских, хотя движение правостороннее. Почти все дороги и автомобили Тартарии были разрушены, уничтожены во время Бигпуфа; военная администрация "Recovery" пыталась выжать максимальную эффективность из того, что оставалось; для этого создали временную систему управления трафиком. Первым делом, было налажено производство пятицветных светофоров. "Временная" система оказалась практичной и используется до сих пор.

Красный сигнал обозначает остановку, он используется редко. Желтый разрешает движение, если торможение может создать аварийную остановку или если для этого торможения требуется ускорение больше 2 метров в квадратную секунду, и, конечно, если на перекрестке есть место. Зеленый, как обычно, разрешает движение, но при поворотах водитель должен пропустить все скутеры, скейты и пешеходов, которые переходят на зеленый. Синий сигнал означает, что водителю предлагают проехать перекрёсток побыстрее, так как вскоре включится жёлтый. И, наконец, фиолетовый сигнал означает, что водитель или пешеход может двигаться через перекрёсток, если (и только если) он пропускает вообще всех, кто может встретиться на пути. Этот сигнал обозначается термином "your risk".

Приезжие водители обычно воспринимают синий как зеленый и это, в-общем, правильно; а фиолетовый - как красный, и это тоже правильно, потому что для того, чтобы ехать под такой сигнал, требуется знать расположение соседних улиц, которого визитёр обычно не знает.

Вместо ограничения скорости, в Тартарии действуют ограничения ускорения. В городе, ускорение обычно допускается до двух метров в секунду^2; на горных дорогах вдали от перекрёстков - до пяти метров в секунду^2 в сухую погоду и до трех метров в секунду^2 во время дождя, или даже меньше, если снег. Есть специальный знак, устанавливающий это ограничение. Автомобили и скутеры снабжены датчиком ускорения; обычно он совмещён со спидометром.

На автомобилях, кроме поворотников, в передней части установлены синие маячки. Сигнал такого маячка указывает:"Пропускаю, проезжай быстрее!" ("I wait. Go ahead"). Называется "го". Про нерешительного драйвера: "я ему гокаю, а он встал как пень и не едет" (I goed him, but he waited instead of to advance).

В задней части автомобиля есть зеленый маячок; он включается на несколько секунд, если водителю дали перестроиться на полосу с плотным траффиком, или если кто-то остановился, чтобы дать водителю повернуть. Этот сигнал называется фанк ("Thank").

Ограничений скорости нет. Скорость, обозначенная на указателях, есть рекомендация, а не запрет. Разумеется, если происходит ДТП, то все водители, двигавшиеся вблизи происшествия со скоростью, превышающей рекомендованную, автоматически становятся подозреваемыми.

Есть ограничение на расстояние между автомобилями и их взаимную скорость. Это ограничение считается по специальной формуле; чем ближе автомобили, тем меньшая взаимная скорость разрешена, и бортовой компьютер указывает, насколько водитель или автопилот далёк от ограничения.

Почти все автомобили имеют автопилот (а некоторые даже не имеют руля и педалей управления). У автопилота есть параметр, "агрессивность". Агрессивность ноль устанавливается, когда водитель едет с опережением графика в место, где ему всё равно прийдётся ждать. (Например, если у него назначена встреча.) При этом автопилот по возможности пропускает всех, помигивая им синими маячками.

Агрессивность единица устанавливается, если водитель торопится. В принципе, можно сломать или погнуть ограничитель и ехать с агрессивностью выше единицы; при этом автопилот игнорирует ограничения на ускорение и расстояние до других автомобилей. Такая езда допускается только в экстренных случаях: доставка больного в госпиталь, погоня (за преступником или от преступника, или спасение от стихийного бедствия). Поломка ограничителя фиксируется, при этом загораются сине-красные бортовые огни, которые указывают другим водителям, что едет агрессор. Полиция автоматически получает сигнал об агрессии; агрессору постараются дать зеленую улицу ("blue street"), но если дежурный полицай сочтёт, что агрессия не обоснована, агрессора отдадут под суд, могут оштрафовать, лишить водительских прав и т.п. Для агрессивной езды, автопилот "strongy recommended"; считается, что он быстрее человека реагирует на внезапное изменение дорожной обстановки. При агрессивной езде, водитель должен следить за дорогой и держать руки вблизи руля, чтобы быть готовым в любой момент перехватить управление, если автопилот ошибётся.

Стандартом считается езда на уровне агрессивности 1/2; именно этот уровень рекомендуется для повседневной езды и используется большинством водителей.

P.S.: By the way, Gella used autopilot at aggression level 0.8, driving me from the airport to the campus. She just imitated driving to improve her driving skills. Such an imitation is recommended for children; but not aggression 0.8, of course.

Внешная торговля и отношения с соседними странами
Со времен Бигпуффа, Тартария окружена дикими племенами. При этом граница Тартарии почти не охраняется, хотя четко размечена ленточками, столбиками и красивым бордюром. Многие считают, что Тартарии следует тратить больше средств на бордюрный патроль ("bodrer patrol"); тогда полиции придётся меньше средств тратить на компенсацию ущерба от тех налётов, которые полицаи не смогли предотвратить.

С востока, Тартария граничит с территорией, населённой диким племенем "Пропить" ("Propit"). Её жители называют себя "пропойцы". Исторически, эта территория многократно подвергалась загрязнению нестабильными изотопами. Этанол пропойцы рассматривают как лекарство от радиации. Солидные научные журналы обычно не признают значимости лечебных свойств этанола, но трезенников в Пропити почти не наблюдается. Иногда пропойцы в поисках указанного лекарства вторгаются на территорию Галии и грабят винные отделы магазинов. Министру полиции и добровольцам, которых он вызывает, приходится грузить их бесчувственные тела в грузовик и вывозить обратно в Пропить. Обычно пропойцы не отмечаются на границе, так что сигнал тревоги поступает в министерство полиции ещё до того, как они добредут до винного отдела; и тогда их выпроваживают сразу, не дожидаясь, когда они совершат преступление. Недавно армейцы прокопали канаву вдоль границы с Пропитью. В эти канаву пропойцы обычно валятся. Во время дождей, канава наполняется водой, и у бордюрного патроля появляется дополнительная работа, вытаскивать тела на западный берег канавы. Там они валяются в течение нескольких часов, а потом трезвеют и уходят или уползают на запад, то есть обратно в Пропить. Аналогичная канава, но более широкая, имеется между Пропитью и Европой; у Европейского бордюрного контроля имеются схожие проблемы. К тому же, при испражнениях, пропойцы не пользуются лопатами, то есть не закапывают в землю свое дерьмо и блевотину. Примерно в мае в тех краях в лесу тает снег, и нагромождения зимнего кала отравляют отдых в лесу. Для решения этой проблемы, вдоль границы Пропити с Европой построена специальная "Стена Кала Майского", которая останавливает пропойц со стороны Пропити. Аналогичная стена строится со стороны Галии и Мурки. Её строительство задерживается дискуссиями о том, кто должен финансировать это строительство: фермы Галия и Мурка, или федеральный бюджет Тартарии.

На Северо-востоке Тартарии простирается страна Енингадия ("Eningadia"). Енингадцы или, как их ещё иногда называют, "енингады", вторгаются на территорию Мурги и крадут машины. Все машины Тартарии оборудованы биперами, но иногда налетчики выламывают биперы. Обычно полицаи и/или бордюрный патроль расстреливают угонщиков вблизи границы. Злые языки говорят, что иногда копы не успевают во-время и преследуют угонщиков дальше на территории Енингадии, и лишь потом возвращают украденные машины в Мурку вместе с трупами убийц. Такие слухи обычно широко распространяет пропаганда Енингадии.

На севере, Тартария граничит с Рублякой. Со стороны Рубляки, вторгаются ломастеры. Они обычно приезжают на полноприводных автомобилях с погрузчиками и пытаются вывезти оборудование предприятий Норги. Тела налётчиков обычно переправляют в Гоморру и там используют в качестве корма для скота и удобрения, а их автомобили либо продают на торгах, либо пускают в переплавку.

На северо-востоке, Тартария граничит с Челобитней. Челобитники иногда совершают налёты на Гоморру и Комурию с использованием танков и бронетранспортёров. Воинские части Тартарии, расквартированные в Комурии, обычно захватывают оккупантов живьем. Их техника идёт на переплавку в Норгу, а оккупанты переправляются дальше, в Мурку, где продаются с торгов в качестве рабов. Тех рабов, которых не удается продать, ждёт утилизация. Администрация Челобитни не признаёт отправку своих эмиссаров в Гоморру и Комурию; так что международных скандалов из-за появления и ликвидации вооружённых до зубов челобитчиков в Гоморе и Комурии не возникает.

На востоке, Тартария граничит с Азарией. Со стороны Азарии, иногда прилетают заблудившиеся ракеты; их приходится перехватывать дронами бордюрного обслуживания ("Border servise"). Иногда приходят и сами азары. Они направляются в Кириан, где добывают сильные наркотики. Изготовление продажа и употребление наркотиков в Кириане разрешается. Бордюрные сервисеры подбирают азаров рядом с тем местом, где азары купили наркотики, и конфискуют их имущество (которое к тому времени уже обычно состоит исключительно из упаковок с наркотиками) вывозят азаров обратно в Азарию.

На юго-востоке, Тартария граничит с Нихуанью (Nihuan). Нихуанцы весьма агрессивны и иногда пытаются киднапить граждан Тартарии с целью получения выкупа. Живыми нихуанцы не сдаются, и бордюрному сервису приходится их убивать. Иногда нихуанцам удаётся похитить с территории Тартарии гражданина Тартарии или визитёра. Обычно после такого случая, директор бордерного контроля увольняется; а если похищенных несколько, то идёт под суд. Такие похищения заканчиваются печально. Законы Тартарии запрещают выплачивать выкуп в какой бы то ни было форме. С момента получения ультиматума о выкупе, бордюрному сервису даются одни сутки для проведения операции по спасению заложников. В район предполагаемого местонахождения заложников направляется рой автономных дронов и табун сухопутных роботов. Иногда бипер похищенного ещё работает, это помогает локализовать заложников. Дроны уничтожают любые военные объекты, которые оказываются в их поле зрения, и любые укреплённые форты, и анализируют любые подвалы. Объекты, которые нихуанцы пытаются защитить с помощью "живого щита" из заложников, обычно уничтожаются в первую очередь. Естественно, вместе с заложниками. В публикациях, многие тартары указывают, что это негуманно, и требуют, чтобы объекты, "защищаемые" заложниками, уничтожались на общих основаниях. В некоторых случаях, дроны возвращаются с живыми, освобождёнными заложниками; тогда директор бордюрного контроля лишь платит штраф и может сохранить свою должность.

На юге, Тартария граничит с Кущевкой (Kuschevka). Кущевцы обычно промышляют мелким воровством, грабежом урожая, угонами скота, но наблюдаются и попытки похищений людей. В большинстве случаев, похищенное удаётся вернуть, как как полицаи выезжают на место по факту нарушения границы, то есть ещё до начала собственно преступления.

На юго-Западе, Тартария граничит с Аракией. Араки дружелюбны, но некоторые из них пытаются "обратить Тартар в свою веру" с помощью бомб, пулемётов и прочих террористических актов. Формально, правительство Аракии осуждает террористов. Между Тартарией и Аракией имеются некоторые торговые отношения; из Тартарии в Аракию поставляются подержанные легковые автомобили, а обратно привозятся тропические плоды.

Резиденты, Визитёры и Беженцы
Как правило, гражданин любой страны может войти, въехать, влететь в Тартатию с любой стороны. Мой разговор с чиновником в аэропорту был актом вежливости по отношению к приезжим, которые привыкли видеть погранца по приезде. И клоунада. Он бы меня всё равно пропустил, даже если бы не нашёл меня в базе данных.

Если иностранца приглашают поработать, то он автоматически становится резидентом. Я резидент.

Если иностранец может оплачивать своё пребывание в Тартарии, то он визитёр. Многие иностранцы приезжают, чтобы снимать всяких претти; в частности, студенток возле нашего магазина. Но до магазина они обычно не доходят; Смит их "пасёт" и отлавливает по дороге; сначала ведёт в медпун, к Глему Гвардине. Далее многие из визитёров продолжают визит как бы в тюрьме (катантин), пока их не вылечат. Деньги за это с визитёра слупят хорошие, так он при въезде согласился соблюдать законы Тартарии, а у нас закон такой, что если кто заразный, то сперва в карантин, а потом можешь качать права. Думаю, что в других местах Тартарии с визитёрами обращаются сходным образом. Интересный способ финансирования университета, как мне кажется.

Если приезжий своё пребывание оплачивать не может (или не хочет), то он беженец. Формально, Тартария открыта для приема беженцев по всей границе. Существуют специальные программы для адаптации беженцев, и специальные предприятия, на которых они могут работать. Предприятия почти дотационные, их доход не покрывает налогов. В течение нескольких недель, беженцев обучают бейзикинглишу (Basic English, "benglish") и какой-либо специальности: ручной прополке овощных грядок, уборке овощей и фруктов, сортировке мусора и т.п.

Практически, беженцы не очень стремятся в Тартарию. За малейшее преступление, беженцы подвергаются либо депортации на их родину, либо в Мурку (в статусе рабов), по их выбору. Обычно беженцы выбирают Мурку.

Вообще, всем приезжим в Тартарии очень трудно, так как законы в каждой ферме свои. Если деваха приехала в Кириан, позагорала без ничего, напилась в хлам (там это разрешено), и, прихлебывая из горлышка, пришла в Имар, то её оприходуют по-полной: и оштрафуют, и тюрьму влепят, и выпороть могут. Такие там законы.

Или если кто Имаре привыкнет курить, где ни попади, и с заженной трубкой перешагнёт ленточку в Кристовину, мало не покажется. Католики и протестанты живо помирятся, чтобы курильщика унасекомить. Он всего-то ленточку перешагнул, на метр зашёл, а ему небо в клеточку.

Или если пара влюбленных друг в друга парня, привыкнув целоваться в Гоморе, обнявшись, перешагнут ленточку между Гоморой и Комурией - им обоим комуры такого всадят, что на всю жизнь запомнят. И всё по закону. И Верховный суд не спасёт. Судья скажет: "На границе с Комурией висит выписка из свода законов. Там есть специальная статья про гомосексуализм. А вы, тем более, на публике. Это сознательное нарушение основ нашего общества."

Я вот работаю в Галии, и в другие фермы обычно не езжу. А если еду, то изучаю законы сперва. Жуткая страна. Перешагнёшь ленточку, и совсем другие правила.

Оружие, армия и война


Ещё про армию и оружие. Тартария нашпигована оружием. В каждом доме оно висит на почётном месте и заряжено. В тире стреляют все, начиная примерно с младенцев. Любой гражданин или резидент Тартарии, который успешно сдаёт экзамен на использование оружия, получает право на покупку и ношение оружия. Экзамен включает разборку и сборку на время, зарядить-разрядить, сменить магазин, попасть в цель. Те, кто провалил первый экзамен (это мой случай), могут тренироваться под присмотром любого гражданина Тартарии, у которого право на оружие есть (это, в частности, случай Геллы), и сдавать снова.

В каждом доме, в гостинной, в спальне, в кабинете, на кухне и иногда даже в туалете есть оружие. В автомобилях предусмотрен сейф для пистолета; чтобы его достать, владельцу достаточно приложить палец к сенсору.

По желанию, граждане проходят военные курсы. Вступительный экзамен простой, а медконтроль "адвайсный". Если человек может читать, понимать и писать по английски, у человека есть хотя бы один глаз, хотя бы одна рука и хотя бы одна нога (то есть может управлять автомобилем), то он может записаться на курсы. Курсы оплачиваются из федерального бюджета, так что эти курсы проходят почти все. Во время обучения, курсантам выплачивается стипендия (которая зависит от их успехов). Почти каждый гражданин умеет управлять танком, бронетранспортёром, дроном, а также запускать ракеты земля-земля и земля-воздух, воздух-земля и даже воздух-воздух. И, конечно басинглиш, если при поступлении плохо "спикает". По окончании обучения, выпускники курсов выбирают себе начальников; обычно из числа наиболее понравившихся преподавателей, своих друзей или своих более старших соседей. Оружие, с которым учился курсант, остаётся при нём. Обычно это штурмовая винтовка, пулемет, пистолет. Примерно раз в год переподготовка (для тех, кто хочет). Резидентам тоже можно; меня приглашают. Выпускники знают имена, лица, координаты, телефоны и адреса своих начальников, а также тех коллег, которые будут подчиняться тому же начальнику, если, не приведи Бог, война, или нападение террористов, или стихийное бедствие.

Согласно военному уставу Тартарии, боевые действия начинаются по факту обнаружения вражеских войск на территории Тартарии. То есть войну может объявить любой офицер армии Тартарии или даже рядовой, если он уверен в своих наблюдениях. Вражескими войсками считается появление хотя бы одного вооружённого робота или человека, если он не может доказать свою тартарскую резидентность или национальность принадлежность (если его сразу не задерживают или если он начинает отстреливаться). Это на территории Тартарии; для перенесения боевых действий на территорию агрессора требуется разрешение Штаба. "Permission". А вовсе не приказ наступать. Конфискация бронетехники, поступающей из Челобитни, считается боевыми действиями. Обычно такая "война" длится порядка часа и заканчивается, как только все непрошеные гости оказываются под арестом. Приказа воевать на чужой территории не ожидается. Даже если агрессия. То есть "если завтра война", то никаких призывных пунктов не будет; агрессоров сперва порепают, а потом будут разбираться.

В конституции Тартарии, а также в военном уставе предусмотрена специальная статья об ответственности верховного администратора и генералов штаба за войну. В случае начала полномасштабной войны, они несут уголовную ответственность, вплоть до пожизненной каторги и смертной казни, за то, что не смогли эту войну предотвратить. На время боевых действий наказание может быть отсрочено. Таким образом, Конституция констатирует, что вооруженные силы Тартарии достаточны, чтобы предотвратить войну; и если генералу штаба и Администратору их не хватило, то это либо преступная ошибка, либо злой умысел. Никакого "парада победы" в Тартарии быть не может, даже если она выиграет какую-либо войну: после победы запланирован не парад, а суд над высшими военными чинами и выплаты возмещений ущерба. В Базовом Учебнике обществоведения написано, что такая конституционная предетерминация должна предотвратить любую потенциальную войну.

Ещё тонкость или даже, для пришельца из цивилизованной страны, странность: все солдаты и офицеры действуют как бы самостоятельно. Приказы, как таковые, уставом не предусмотрены. Распоряжение от координатора (генерала или офицера) более низким по рангу подчиненным есть либо пермиссия ("permission"), либо рекоммендация ("recommendation"). Все пермиссии и рекомендации составляются на басинглише, то есть очень бедны по словарному составу. Обычно "пермиссия" выпоняется (execute), a рекоммендации выполняются почти все. Есть единичные случаи, когда рекоммендация не выполнена; потом выяснялось, что военная рекомендация выпущена по ошибке начальства, и подчиненный сделал правильно, что её похерил.

Рекоммендация означает, что подчиненный получает бонусы, если её выполнит. То есть это как бы заявка на обслуживание, каковое, по выполнении, будет оплачено. Веской причиной для невыполнения "рекомендации" начальства считается риск для тех, кто её будет выполнять.

Война в уставе Тартарии предусмотрена лишь оборонительная. Важным оружием являются ловушки, они же - банки с крышкой, или капканы ("cup–kan"). То есть замаскированные противотанковые рвы. Один такой капкан установлен на пустыре возле Министерства Обороны. Иногда его перетаскивают с места на место. Есть специальные машины для монтажа, демонтажа и маскировки капкана. Пара таких машин, обслуживаемые тремя рабочими (два оператора и координатор) могут построить или разобрать капкан за одну ночь почти на любой дороге. Что они, собственно, и делают по всей Тартарии. Особенно, при строительстве новых дорог, мостов, туннелей. Но могут и на старой дороге поставить. Крыша капкана выполнена как пандус и/или как створки, они сделаны заподлицо с покрытием дороги, но внезапно раскрываются и транспортное средство проваливается. Туннель под дверцами залит водой, так что машина быстро тормозится. Дверцы закрываются сверху, и движение на дороге возобновляется, а переговорщики начинают объяснять экипажу танка, что для них война закончилась, что надо сложить оружие и пройти в коридорчик для просушки, составления протокола и допроса. Если экипаж танка колеблется, то туннель заливают водой доверху и ждут, пока этот экипаж изменит свою точку зрения на события. Иногда в такой капкан ловят водителей-хулиганов, нарушивших правила дорожного движения и не остановившихся по сигналу полицаев. Голливудские "голубые братья" ("Blues brothers"), преследуемые полицией, в Тартарии уехали бы не дальше первого же такого капкана на их пути. То есть никакой романтики такого рода в Тартарии нет. Строительство таких капканов и сравнение их эффективности рассматривается как спорт. Трофейные танки используются для тренировки и тестирования дронов, а потом их ошмётки переправляются на металлургические заводы Норги для переплавки.

Я не советую кому бы то ни было нападать на Тартарию: вооруженная до зубов армия в количестве, почти равном численности населения Тартарии, может быть мобилизована в течение минуты; а боевые дроны могут стартовать ещё раньше. Война с Тартарией будет крупной неприятностью для всего генштаба Тартарии, но агрессоров уже не будет в живых, когда эта неприятность начнётся. То есть "если завтра война", то Тартария к ней готова ещё "позавчера". Теперь такая готовность кажется идиотизмом и атавизмом, оставшимся "в наследство" от создателей Тартарской независимости. В принципе, конституция и военный устав Тартарии предусматривают механизмы для их модернизации, но условия такого пересмотра выполнить трудно: изменение конституции возможно лишь на основе референдума с положительным результатом в каждой из ферм.

Администраторы могут уменьшить финансирование военным, но тогда военные координаторы не смогут проводить бесплатные военные учения, и избирателям такие идеи не нравятся.

Остров
Не имея выходов к мировому океану, Тартария по существу является островом, окруженным варварскими племенами. Аэропорт Кристовины является главными воротами, связывающими Тартарию с цивилизованным миром. В принципе, граждане и визитёры Тартарии могут посещать соседние страны, и даже торговать с ними. Некоторые так и поступают, но их безопасность не гарантируется, и если с таким путешественником случается что-либо за пределами Тартарии, то родственникам не выплачивается даже страховка; такова политика тартарских страxовых компаний.

Иностранцы могут свободно передвигаться по территории Тартарии, если они получают на границе пропуск и соблюдают законы. По умолчанию, пропуск даётся любому человеку. Если потом окажется, что визитёр находится в международном розыске, или нарушает какие-нибудь законы на территории Тартарии, то с ним обходятся весьма жестоко; часто, передача в международный суд является лучшим из вариантов, на которые он может надеяться.

Тартарская кухня
Национальным блюдом Тартарии является тартар. Тартар есть рубленное мясо (фарш), залитое уксусом, посыпанное мелко нарубленным репчатым и/или зеленым луком, иногда с чуткой мелко нарезанного чеснока; добавляется также майонез, а иногда и тёртый хрен. В южных фермах, особенно в Имаре и Ерошоломе, используется мясо говядины. В северныx фермах Тартарии, для приготовления тартара обычно используется свинина.

Суповой салат ("Soup-or-Salad") готовится из ботвы и овощей, уксуса, масла и майонеза. Иногда вместо масла используется бульон из костей; тогда по вкусу это блюдо напоминает суп.

Смету–бери ("creambery"). Обычно это йогурт с клубникой, земляникой, черникой, голубикой или резанными яблоками; но в некоторых забегаловках туда намешано ещё столько всего, что список занимает отдельную страницу.

Каниба. "Canebal". Похоже на колбасу, сделанную из смеси разного мяса. Злые языки говорят, что используется человечина, поставляемая из Мурки. По вкусу напоминает салями, но гораздо нежнее.

Вотдог (Votdog). Сардельки из свежего собачьего мяса. Используется мясо любой собаки, которая атаковала человека. Бродячих собак специально не отлавливают, но не только на первый же собачий укус, но и даже на два агрессивных гавка в сторону человека обычно следует ответный прицельный выстрел и через несколько часов в ближайшем доме или ресторане гостям подают вотдог.

Сушки, или драймит. Прессованное мясо вакуумной сушки. На упаковке нарисованы маленькие военные самолёты. Сушки студенты жуют, если лекция скучна. Профессор, увидев сушки, должен во-время распознать угрозу и изменить стиль преподавания.

Саштык ("bayonete"). Собачье мясо, поджаренное на ребрах или специальных металлических спицах. Если нет собачьего мяса, используется баранина. Согласно легенде, в прошлом веке для приготовления саштыка использовались боевые военные штыки, которые могли крепиться также на штурмовую винтовку.

Бульбa ("bull-bah"), Картошка в мундире; чуть красная и солоноватая. Пекут в печи при температуре порядка 200 градусов. Едят с маслом или с салом; часто добавляют зелень, обычно укроп или петрушка. Очень вкусно. Согласно леденде, с бульбой съедали быка (bull), забитого ("Bah!") осенью, когда картошка особенно вкусная.

Тартары готовят много ещё всяких разностей, но я упoмянул самые вкусные.

Национальным напитком является Шрюдрайвер (schrewdriver). Лимонный сок, сахар, вода, этанол, двуокись углерода. Часто добавляют лёд или кипяток, в зависимости от температуры окружающей среды. Иногда сок замещают цитрикацидом; но тогда шрюдрайвер рассматривается как суррогат. Согласно легенде, от настоящего шрюдрайвера тают даже самые холодные, ледяные, снежные и стервозные бабы.

Напитков тоже много. Обычно сырьё для напитков выращивается в Имаре. Например, из Имара везут виноград, в Кристовине из него делают вино, и этим вином упиваются до белой горячки в Мурке, Норге или Кириане. Пациентов везут к нам. Национальное разделение труда.

Кроме того, делают вино из любых фруктов и овощей. Некоторые сорта таких "вин", как бы такое помягче выразиться, "на любителя". То есть напоминают коллекционное советское "плодово-выгодное", "Бормотуху" и даже коктейли Венички Ерофеева; на таких "винах" всегда есть яркая этикетка ядовито-зелёного цвета или люминесцентная розовая с грозным предупреждением. Распитое таких "коктейлей" рассматривают как спорт. Часто бормотуха получается как побочный продукт производства табуретовки.

Табуретовку (Tabu-retovka) делают из технического спирта и вообще из любой дряни, содержащей этанол. Злые языки говорят, что часто используются опилки и перебродившее дерьмо. Весьма вкусная, но производство требует высокого искусства и довольно сложного оборудования; обычно используется специальная комбинация абсорберов, фильтров, катализаторов и, конечно, прецизионных перегонных колонок. На последней стадии технического процесса, к такому "табуреточному" спирту добавляют воду, сахар, кислоты, фруктовые эссенции, красители, двуокись углерода и ещё много чего по вкусу. Говорят, что две одинаковые партии табуретовки изготовить в принципе невозможно, и что хорошие дегустаторы могут отличить табуретовку из одной партии от табуретовки из другой партии. Популярны конкурсы таких дегустаторов. Крепость табуретовки может быть любой, обычно от одного градуса до 99 градусов и указывается на этикетке.

Имеется в виду, что после хорошей табуретовки студент путается: простые вещи становятся сложными, а сложные - простыми. Коллега с соседнего факультета никак не мог объяснить Студентке, почему оператор рождения не коммутирует с оператором уничтожения. После долгой и бесплодной консультации, Студентка заявила, что вопрос сложный и без бутылки в нем разобраться невозможно. Она затащила Профессора в бар. Они тяпнули путаной бормотухи, потом пошли к ней домой, она познакомила Профессора с её Мамой, они тяпнули ещё, уже со студенткиной Мамой, и Студентка на все лады снова и снова повторяла свой вопрос. Наконец, уже изрядно запутанный, Профессор перешёл на русский язык: - А Вы можете мне объяснить, почему оператор "наклюкаться" не коммутирует с оператором "протрезветь"? Тогда Мама и потребовала, чтобы они прекратили болтать, потушили свет и, наконец, заснули, потому что утром всем на занятия. Утром, Студентка растолкала Профессора и погнала его на кухню, где её Мама уже приготовила для них завтрак и банку рассола. Там Студентка торжественно объявила: – Mom, Profi is really smart! Now I understand all quantum mechanics!

Приватность и слежка
Приватности в Тартарии нет. Видеокамеры и микрофоны понатыканы везде. В аудиториях, в кабинетах, в магазине, в домах, в коридорах, в спальнях, туалетах и ваннах, на дорогах, дорожках и просто в лесу. По кампусу шастает огромная Негритянка и протягивает везде волоконные кабели. (P.S.: Негритянку зовут Барбара и она в близких отношениях со Смитом, главным полицаем кампуса.) У неё есть специальные машинки-кабелеукладчики, которые зарывают кабели в землю. Кабели и видеокамеры иногда ломаются; Негритянка их заменяет. По-моему, в каждой видеокамере вмонтирован компутер; они собраны в единую сеть и каждый элемент на каждом этапе норовит чуть-чуть подумать, чтобы передать изображение на те мониторы, которым оно может быть интересно. Солнечные батареи, развешанные на деревьях в лесу - это питание видеокамер и передатчиков. И это при том, что всё население, от малых детей до глубоких стариков, носит биперы с видеокамерами. Даже собаки и некоторые кошки носат ошейники с биперами. Визитёры, даже если они не покупают биперы, носят с собой кусок пластика, по которому его перемещение отслеживается, пока он не покинет страну. Человек без такой идентификации будет задержан до выяснения личности. В принципе, разрешается ходить без бипера, но добровольцы, увидев человека без бипера, все время будут останавливать и спрашивать, "что случилось". На всех экранах такой человек помечается специальным ярким значком.

Биперы носят коровы, быки, свиньи, козы, бараны, овцы. Ещё не знаю, как они обходятся с гусями, курами и утками, но подозреваю, что они все окольцованы.

В парках и аллеях, окольцованы даже деревья. Кольцо сделано в виде очень мягкой пружины; когда дерево утолщается, кольцо его не сжимает. Если в парке ночью буря валит дерево в парке, то на следующий день из питомника робот привозит новое дерево, роет яму и туда его сажает, а ошмётки упавшего дерева увозит. С ним приезжает оператор, роль которого сводится к тому, чтобы следить, чтобы мелкие детишки не сунулись под нож сажалки.

Все платежи тоже отслеживаются. Каждая банкнота, начиная с одного фана, имеет номер и баркод; по этому баркоду, её перемещение регистрируется. В частности, когда парень утром отдаёт один фан подруге, у которой он провел ночь. То есть передача банкноты фиксируется много раз: сканерами баркодов, биперами парня и его подруги, и кассовой машиной, когда банкнота выходит из магазина или возвращается в магазин.

Если иностранец покупает фаны в банкомате аэропорта, номера этих банкнот тоже регистрируются. Если он их вывозит, то в базе данных остается запись сколько банкнот он вывез и каковы номера этих банкнот. Если кто привозит фаны в Тартарию, то, как только он начнёт расплачиваться этими фанами, их номера становятся известны, и база данных содержит инфу о том, кто эти банкноты ввывозил.

Собаки и прочие животные


В Тартарии много собак. Некоторые из них имеют определенных хозяев, но далеко не все. Детей здесь пускают гулять без взрослых с любого возраста. За тем, чтобы детей не покусали дикие ракуны, еноты, шакалы или какая иная зверюга из леса, присматривают собаки. Дети не знают, что они под присмотром, они думают, что собаки с ними просто играют. Если ребенок до лет примерно семи гуляет где-то, с ним обязательно идет хотя бы одна собака. В дом без детей собак обычно не пускают. В доме, куда собаку пускают, для собаки есть ключ. Чтобы открыть дверь, собака или издаёт специальный звук ("иуввафф"), или прикладывает лапу к сенсору. Мне тоже, когда прихожу домой, достаточно сказать "I am Ruvim", и дверь сама открывается. Но можно и приложить палец к сенсору, и тоже открывается. И ещё система отслеживает меня (и каждого) по биперу. И собак тоже. Если чего-то не работает (то есть одна из дублирующих систем барахлит), то приезжает Негритянка на старом мотоцикле с огромным ящиком сзади, чего-то заменяет, и всё начинает работать.

Родитель может в любой момент посмотреть на экране, где гуляет ребёнок, что видит его бипер, и кто рядом. В смысле, кто из других детей, или взрослых, и какие собаки. У домашних собак биперы обычно с видеокамерой; у "диких" - без видеокамеры.

Для собак проезд бесплатный. И в автобусе, и в частной машине. Если собака выйдет на дорогу и "прголосует" (поднимет лапу), то, обычно, первая же машина её подвезёт. Человека тоже. В частности, такси. Правда, с человека таксист возьмет за проезд плату; обычно таксистам платят "пальцем". Когда собаке хочется вылезти (или стало не по пути, или приехала), она издает специальный звук (ввууаууу!), и водитель её выпускает. Иногда собаки так путешествуют по две и даже по три. В автобусе может бесплатно ехать стая собак. Кроме собак, в автобус на остановке может зайти или выйти кошка.

С собаками обращаются очень жестоко; при малейшей провинности, в частности, если залаяла без причины, собаку убивают. Если стая собак атакует человека, отлавливают всю стаю; собак грузят в специальные клетки и ещё живых отвозят на мясокомбинат.

В парках, для собак есть специальные туалеты. Люди ими тоже пользуются. Это ямка, в которую можно нагадить, а потом нажать на педаль, чтобы смыть. Собака иногда нажимает на педаль, чтобы оттуда же попить. За этими туалетами следит одноглазый инвалид с трясущимися руками. Ходит он с трудом, но у него специальная тележка с огромными колёсами; на ней он довольно бодро ездит по любому газону, дорожке и даже по лестнице.

Специальных клиник для собак нет, примерно раз в неделю собаки обследуются в нашем медпуне или иной клинике. Через неделю после обследования, собачий бипер начинает издавать неприятный для собаки звук (а может и ударить током); собака бежит в медпун. Робот берёт у неё анализ и устанавливает бипер ещё на неделю. Обычно в медпуне есть человек, который после этого даёт собаке что-нибудь вкусное. Если собака заболевает, ей делают универсальное лекарство. Оно содержит наркотик; собака, слопав его, требует ещё и ещё. Третья доза, как правило, смертельна, и из собаки готовят саштыки или вотдоги.

Я не видел, чтобы собак специально кормили утром или днём. Разве что в медпуне после обследования, или вечером, если собака привела домой маленького ребёнка после прогулки. Собаки ловят и съедают крыс, ракунов, белок, и иногда даже птиц. Тем же занимаются кошки. В присутствии детей, собаки и кошки не охотятся; белки об этом знают и играют с детьми. Дети иногда кормят белок и птиц. Но если мелкого ребенка нет, а собаки есть, все остальные животные разбегаются. В присутствии людей, собаки и кошки не ссорятся. Но если только видеокамеры, собаки кошек ловят и съедают на месте в считанные минуты. Кошки стараются держаться около людей. Некоторые кошки в ошейниках и их перемещение отслеживается. Если кошку в ошейнике сьели, то собаки принесут её ошейник в дом, около которого эта кошка живет.

В парках пасутся и другие домашние животные, снабжённые примитивными биперами. Обычно бипер крепится либо на рога животного, либо в проткнутые уши. Этот же бипер бьёт несчастное животное током, если оно долго находится на проезжей части или если рядом едут машины. Животные перебегают дорогу только тогда, когда рядом нет машин, и сразу отходят от дороги подальше.

Траву на газонах не косят, её "подстригают" козы, овцы и коровы. Некоторые цветы растут в клетках, иначе скоты их съедают. Коров и коз в парке может доить кто угодно; обычно для этого достаточно созвониться с хозяином коровы и дать корове или козе пучок сочной травы из клетки с цветами, куда она сама достать не может, или очистки с кухни. Дойкой чужих коров занимаются обычно дети. Хозяин коровы может подсмотреть через бипер ребёнка, как он доит, и подбодрить его советом.

Мелкие дети часто сосут коз прямо лёжа; обычно коза чуть приседает на задние лапы, чтобы ребёнку было удобнее. Кормить детей престижно; плата за такое кормление, как правило, не взымается. Соски коз, перед тем, как из доить, не моют. Считается, что свежее молоко само обладает достаточными дезинфецирующими свойствами.

Если кому нужно много мяса на праздник, может выбрать барашка, узнать у хозяина цену этого барашка и убить его. Хозяин потом приедет забрать бипер и получить плату. Обычно хозяин барашка и его друзья принимает участие в празднике. Но так делают редко, свежее мясо всегда есть и в магазине.

Собаке разрешается лаять, только если ребенку угрожает опасность: ушёл далеко от дома, или залез куда не надо, или получил травму, или чтобы отогнать настырного ракуна. В остальное время собаки молчаливы.

Nata Kiskin
During several years, Nata Kiskin was wife of Ruvim Pechur. Nata liked to spend money. During their union, the income or Ruvim increased for an order of magnitude, but appetites of Nata grown with the same speed. May be, even faster. She could spend the morth's salary in few days, and ask credit from all friends and relatives. She asked money from Ruvim for the new clothes and boots, as well as for stamps, small statues and other useless staff, that collected the dust and occupied the space. Each time, then Ruvim had indicated, that the Nata's museum already occupies the half of their flat, Nata explained:

"Значит, надо заработать денег и купить квартиру подходящего размера!"

Ruvim, after to realise, that this is intrinsic property or Nata, left from her. At the same time, he had problems with director, rejecting to participate in advertisement of the new preparate. Even worse, Ruvim had published the critical paper, where he expressed doubts in the statistical significance of the results of testing of that preparate.

Nata used occasional jobs, wrote some poems, painted aquarels, getting some pension from the Springfield government. From time to time, she used to call Ruvim, and Ruvim listened long monologues; Nata explained, how good she is, how bad is Ruvim, and how sad is, that they cannot live together.

After few months of failed attempts to reach Ruvim by phone at his old flat in Springfield, Nata found his coordinates as Galia through colleagues; one night she called him. – Алло, Рувик? Почему ты не сказал мне, что ты уезжаешь? Знаешь, как я волновалась за тебя? - Здравствуй, Ната. Не знаю. - Я в Тараканске. У нас уже снег. Очень красиво.. Я тебе послала фотку.. Почему ты мне не позвонил? - А что толку тебе звонить, ты всё равно не слушаешь то, что я говорю. - Неправда, я всегда тебя слушаю. Но ты мне не звонишь. Как я могу тебя слушать, если ты не звонишь? Тебе наплевать на то, что я потратила на тебя мои лучшие годы. Ты меня никогда не любил. Ты даже не купил мне шубу, когда я просила. - Но у меня тогда не было денег. - Не надо повторять твои глупые отговорки! Ты бы мог взять в займы! Мне не дают взаймы, потому что ты не удосужился заработать, чтобы заплатить наши старые долги! А тебе бы дали! Ты меня подло бросил!.. И на работе тоже. Ты выступил против начальства, а зачем, спрашивается? Ты выпендриваешься, вместо того, чтобы сдержать семью и платить долги! Из-за тебя наша дочь не смогла выйти замуж. У неё за всю жизнь не было ни одного автомобиля! Ты отказался купить ей квартиру; ей некуда было привести жениха! Из-за тебя мы в нищете, и мне пришлось делать аборт! Даже коллеги ко мне лучше относятся, чем ты! Козёл паршивый!.. Ты что, ничего не хочешь мне сказать? - Ты ошибаешься. - Что? Это я-то ошибаюсь? Да ты ещё пешком под стол ходил, когда я уже работала! Я два часа каждый день ездила в подземке, чтобы попасть на работу, и ещё столько же обратно! Каждый день! Кто мне это скомпенсирует? - Никто. - Да, я всегда знала, что тебе на нас на всех наплевать. Ты подлая скотина. - Ната, до свиданья. - Ты хам! Ты не знаешь, что приличные люди ждут, пока разговор закончит тот, кто звонил! Ты паршивая свинья!.. Ruvim hanged the call and tried to sleep. Ruvim rose, took the shower, dried his body and tried to sleep. After ten minutes, Ruvim rouse again. Ruvim checked his email and removed to the trash the bunch of spam, including the new long message from Nata. Ruvim got to the bed and tried to sleep. After ten minutes, Ruvim ate a sandwich with can of beer. He washed his dents and gone to the bed. After few minutes he rose agains to pee. He returned to the bed, but could not sleep.

Ruvim put the winter cloth, winged the biper as a scarf and left for a walk. There was no wind, but the big bright moon. Ruvim walked without any goal, without to count time. Then he felt, that someone embraces him from behind. Ruvim turned. Miss Ivanov was there. - Извините, профессор Рувимм.. Можно я погуляю с Вами? - Gella asked. - Да, но.. - Ruvim did not know, what to say. - Вот и отлично! - Gella sang, – Ай ам зитх ю, профи! – Do your parents know that your are here? – Rruvim also swithced for Engish. – Яп! Оф соз! До ю вонт то толк зис май дад? - Gella asked. Without to wait, she switched her biper. – Хай, дад! Сай анисинг то профессор! - She passed her biper to Ruvim. - Good moon, professor Ruvim. I am Matvei Ivanov, father of Gella. Excise us, if she is too noisy. – Hello, mister Ivanov. No, Gella is fine. I have questions for you.. – Yes, of course, professor. Welcome to our home! – Matvei said. – О, отлично! Пошли, пошли! - Gella cried. - But.. It is night.. – Ruvim said. – No problems, professor. Welcome now. We are very close. See you! – Matvei said. Gella caught Ruvim's hand and pulled him along the trail.

Ivanov's
Ivanov's home was indeed very close. It was a bright construction of glass, plastic and solar panels. - Раздевайтесь, вешайтесь! - Gella's voice rang like a jingle–bell. - Welcome, professor, – the couple in white bathrobes said almost synchronously. – Hello, missis Ivanov. Hello, mister Ivanov, – Matvei said. – Take a seat, professor Pechor. My name is Tika Ivanov. I am Gella's mother, – Tika said, – how about some tea? – Tea should be fine, - Ruvim said. – Now I listen your questions, - Matvei said. – My question is about language. The English of Gella is horrible. I tried not to mention this, because it is not my area, but the teacher of English seems to fail with Gella. - We use Russian at home, – said Tika. – Do you speak Russian? - Yes, I do. Didn't you know? – Мам, я ж тебе сразу дунула, что Рувим ботает на фене! - Gella said. – Дочка, как тебе не стыдно! Где ты набралась таких слов? - Tika got furious. – Мам, прости. Но он действительно говорит не совсем по нашему.. я подумала, что.. - Гелла, ты использовала термины, смысла которых ты не понимаешь. - Извините, - Ruvim interviened, - вероятно, Гелла имелa в виду, что я знаю несколько слов из воровского слэнга. Я действительно знаю несколько таких слов, но я уже много лет ими не пользуюсь. Я знаю, что здесь государственный язык - английский. На кампусе мы говорим только по английски. - Подтверждаю, - Gella agreed, - Мамочка, прости меня, пожалуйста! Я больше не буду! - Tika, – Ruvim said, – May I explain to the child sense of the words she used? – Yes, go ahead! – again, Mikhael and Tika said simultaneously. – Gella, - Ruvim said, – these words, "ботать на фене", used together, mean belonging to the criminal clan. Up to my knowledge, this is not a case of any of us. So, your statement happen to be just wrong. – Ай ам вери сорри, профессор! – Gella sobbed, - Я больше не буду! Не обижайтесь, пожалуйста! - Я не обижаюсь, - Ruvim said, and engrossed the crying baby. He wanted to transfer this creature to Tika, but Tika was occupied, serving tea. Matvei was sitting, indifferently, as if the case did not touch him. Gella hanged at Ruvim as a coala, and Ruvim did not know, what to do with her, and brought Gella to the wide mattress that occupied almost half of the hall. – Профессор, вы такой хороший, - Gella said, – можно я Вас поцелую? - А что скажет мама? - Ruvim asked. - Мама скажет, что можно! - Replied Tika. – Не бойтесь профессор, - Mikhael told, – Гелла делает это очень хорошо. While, Gella kissed Ruvim into his nose, then to his lips, his neck, slightly moving down. – Что "это"? - Ruvim asked. - Сейчас Гелла Вам все покажет; и даже даст потрогать. - Matvei told. – Но как же.. Она же маленькая.. - Вы в Тартарии, профессор, - Tika said. – У нас нет ограничений по возрасту. То, что с Вами делает Гелла, совершенно легально. Вам приятно? - Да, - Ruvim moaned. – Тогда разденьтесь, пожалуйста. - Tika said. - Я включу хитер, холодно не будет. Tika arranged big hot fan, and Ruvim felt, as if he would be in a desert under strong sunshine and very hot, almost burning dry wind.

- Это легально? - Ruvim asked. – Легально. Если Вы не верите мне, я разбужу Агента и он подтвердит. - Tika made some manipulation with keuboard, – тем более, он не спит. Ну да, кто ж спит в полнолуние!

Face of Agent Smith appeared in the screen. He was in a big spa with a big black women, who embraced him for his neck.

– Hello, world, – Agent told, – I see, you also do not sleep! – Agent, will you confirm that it is legal, that professor Ruvim Pechor and student Gella Ivanov are doing now? – Tika asked. – I confirm, professor, – Agent told, – do not worry. While you do it at Galia, you are ok. No age restriction.. By the way, here is Barbara. – Nice to see you, - Barbara said. – Hello, Barbara - Tika and Matvei told together. – Hello, Barbara – Ruvim repeated. – Hope, you have fun, – Tika added. – Oh, ya! – Barbara moaned, – But I see, you also do serious things. So, I should not disturb you; we may watch you in silence. – Yes, yes, – Agent added, – keep doing; we are just spectators! – Вам нравится, про? - Gella asked. - Ещё б ему не нравилось! - Tika smiled, - Глядя на вас, мне и самой захотелось! Мистер Ривим, а можно я вас тоже поцелую, пока у Вас губы свободны? - Тика, не задавай глупых вопросов. Иногда слова только мешают. - Matvei said. – Мам, сними с меня рубашку. И штанишки, а то у меня руки заняты. - Сейчас, детка. Только не торопись, пожалуйста. Помнишь, как мы с папой тебя учили? - Пом-ню.. А как же чай? - Чай потом прийдется греть снова. - Пап, а ты мне спинку погладишь? - Поглажу. - И не только спинку! - Всё погладим. - Мам, я хочу его внутрь. Можно, я на него сяду? - Доча, только осторожно.. Рувим, вы я вижу, сильно тосковали.. Не надо отвечать, я и так вижу. Не бойтесь, Гелла будет осторожно.. - Мам, он во мне! - Да, только осторожно.. Милый, поцелуй меня тоже.. да.. Да.. - Рувим, вам хорошо? - Мам, он совсем глубоко! - Доча, пожалуйста, осторожо.. Как только почувствуешь боль, сразу слезай. Пап, ты ведь не дашь дочке остыть? - Не дам, не беспокойтесь. Тик, ты, как только Гелла спрыгнет, замести её, а? - Не беспокойся, милый.. - Мам, мне уже больно. - Ну так и вставай. Поиграла и дай другим.. - А так можно?.. - Не беспокойтесь, Рувим, со мной по-всякому можно. Да, Да! Наполните меня всю! Дочка подвинься поближе, я тебя тоже поцелую.. Ещё, Рувим, ещё.. Да, так, так.. Боже ж, какой у нас замечательный Рувимчик.. Доча, тебе хорошо? - Да, мам.. Па очень хорошо делает.. я вот уже почти.. сейчас.. Вот.. Уже.. да.. Ух, какие вы все замечательные! - Ну, как хорошо, доча.. Мне очень хорошо.. Да! Да.. Рувим, мы вас любим!! Спасибо!.. Доча, можешь обнять Рувима и отдохните.. Матвей, ну где же ты, иди скорее сюда! Посмотри, как там всё для тебя влажно и раскрыто.. Да.. Да.. Матвей, я тебя люблю!!..

Agent and Barbara silently watched the action, happened during the conversation; then Barbara said: – Agent, dear, I feеl, you are ready again.. Please.. yes.. well.. Professor is really good, look, how he did Gella and Tika.. Shall we invite him for us too? – Yes, Barbara, but not now. – Agent replied, – Look, he is absolutely tired.. Be with me for a while.. – But you seem to be not tired, Agent, – Barbara said, – do me hardly!.. Yes!.. Yes..

The exclamations at both sides of the videоchat reached maximum and then slowed down, both at the mattress in Ivanov's home and in the spa of Agent Smith. En fin, all the participants felt into the deep sleep, as it is supposed to be done at night. Even if the moon is full, and there are neither wind, nor clouds at the sky. However, the record of videochat had been saved automatically in the official archive of the Police department and also in the National Library, and also in the Federal Library. On the reading open access area - there is no other mode in the Tartarian libraries.

Students and of topics
Next day, Ruvim had to answer a lot of questions; in particular, those, related to the sexual traditions of the past centuries in Europe and in America. Some of students had watched the records of videochat between homes of Agent Smith and Ivanov's family, and they wanted to know Ruvim's feeling about it. Formally, the questions were related to biology; Ruvim had to answer, explaining the details.

- Was that your first experience with a preteen? - Yes, it is prohibited in other countries. – What is reason of the prohibition? – The old politicians do not want juniors to enjoy the realisation of love. – Why do the people support whose politicians? – They believe, that there some moral, physiological, biological reasons for that. – Biological? – Yes. First, deceases.. During many centuries, there were no elementary hygiene. Even in cities. During the USSR, the cuts of the hot water supply were usual phenomenon. The people believed, that is is sufficient to wash their body once per day. Some did it once per several days. In many civilisations, washing of body was not popular at all. Nor even washing of clothes. Especially in the Western civilisations. Spreading of idea of elementary hygiene is invention of the past two kilo years. The first documented person who realised importance of entering water seem to be John the Baptist. He had found that merging into water helps, and shown this to other people. – Profi, do you mean the Bible? – Yes. Most of so-called Western civilisation is based on Bible. You better ask your teacher of History, how did that happen. – But the Bible is about Espititu and God, not about hygiene.. – The Bible is about LIFE. And about Humans. One, who never washes himself, has to live alone. Washing helps to avoid itch, one can sleep well. Then, one is able to make wise decision. This is way the God helps the Human. – Do you believe God? – Yes, but this is not biologic question. Sorry. I answer the question about origin of sexual restrictions in Western civilisation. This original question has biologic base. – What is relation between hygiene and underage? – The underage restriction helped the Western civilisations to protect minors. – Profi, the Western publications say, there is mental affect.. – I did not see any scientific investigation with correct experiments and the analysis. Until now, many researchers, psychologists, hygienists, so–called "humanitarians" no not know the probability theory, nor the mathematical statistics. And they seem to have no wish to know it. They cannot estimate the statistical significance of the results. Neither their own measurements, nor observations by the colleagues. – Is it the main reason why you came to us? – I would say, important reason. ..

The students of all ages came and left; they asked basically the same questions, and Ruvim begun to like the old, classical system of education: the teacher collects his pupils in the class, says the same to all his students together, and has no need to repeat the same again and again. Some questions referred namely to that Ruvim would call "biology"; those were usual questions the students have reading the textbook. That was his routine work, to help students to find more detailed descriptions of that they were looking for.

Late in the evening, the flux of questions slowed down, and Ruvim was about to return home. Id est, to his hotel home. But Lesli Landov called him. – Professor Pechor, how are you? – I am fine. Today it was a little bit heavy.. – Do you have time? – Yes. – We need to talk.. - Yes, let us talk. – I invite you to the family dinner. – Thanks.. – I'll pick you up in few minutes.

Dinner at Landov
Home of Lesli Landov had two stages, and looked as a toy, constructed from a logo of big white rectangular blocks; the only roof was inclined, to get maximum solar energy form the South.

Lesli had two boys of age 10 and 13 years, Ivan and Boris; they appeared to salute Ruvim and their dad, and again climbed to the upstairs. Lesli's wife, Asia, was small woman with black eyes and hairs. She just begun to kook when Lesli and Ruvim arrived. Lesli offered to Ruvim wide chair, they sat at the table, and Lelsi begun. – I have deep concern about teaching of biology, Lesli said. – Do I wrong? – No, you do well. That you do is good, but it is not sufficient. – I work almost all the time every day.. – Yes. This is the case. You cannot work harder than you do. – Do you plan to employ more professors? – No. Our budget is quite limited. Students also work hard. You should not push them more.. The problem is with textbooks. – There are hundreds of textbooks in the internet.. And also the paperbooks in the Library.. – Well, let us go in other way. You work here already 3 weeks. You had opportunity to look at our system from inside. What can you say about it? – It is very different from all systems of educations I've ever seen.. – And? – For me, it looks strange, but.. – Ruvim, let is be honest, please. Do you like it or not? – I need to see the results of exams. Then we'll be able to estimate. It would be even better to see achievements of students graduated from our University. May I say "our"? – Yes. Good word. Our University. – How do you estimate the level of our students.. Well, their level in biology. – They are very.. different.. You dropped in the same campus children of all ages, from kindergadren to bachelors and masters. For the level of kindergarden they are good. For the level of masters, they are poor. – Do you feel that they make a progress? – They are at the different stages of the Program. You hanged on me the 12 groups of 12 grades.. – And? Do they do well or they do bad? - Frankly.. - Yes, frankly! – They do not memorise scientific facts so fast as their peers in the Europe or USA. But they are smart in analysis of things they already know and fast to find the information in the internet. And they are strong, and, I would say, even tricky, asking questions. The basic Textbook does not cover them. Often I have to drill the original publications in order to answer.. – confessed Ruvim. – And? – They seem to be interested. I think, this is most important. – Ruvim, what is goal of education? What is goal of any University? – Make specialists requested in various areas of science, technology, industry. Make new professors. Get scientific results. – Can we express the achievements in a form, that would allow to compare results with other universities? – Yes, of course. How requested are your specialists in science and industry. How many managers of big, successful companies ask you for the yang specialists? How many scientific papers do publish the researchers from our University in the high rank journals? How often are cited these publications by the colleagues in the world-wide society? How many Nobel laureate were graduated from our University? – Well, I can reply the last question. The answer is ZERO. – Our goal to make this number to be at least positive. – To graduate at least one researcher, who will be smart enough? – No. You do not know, who will be smart enough. We need to educate all of them. – Do you think that our Basic courses should be deeper, harder? – No. You'll lost part of students; they'll not be able to understand the textbooks, nor even formulate questions. – Do you like our Basic Courses? – No. From my point of view, it is not balanced. It stresses things, that seem to be very specific, and bypass topics, that seems to me pretty general, fundamental. However, the qualification of fundamental and specific is subjective but.. still.. – Can you suggest any criteria? – Yes. Colleagues graduated from our University, have no publications in principal journals on Biology. We cannot begin with fundamental, principal discoveries. I would begin with applied topics. What is most requested in the United Farms? I think, agriculture. Selection of domestic plants and animals. Optimisation of the use, growth and reproduction. And resolving of questions that arise at this activity, if we cannot find the answer in the literature. Even if the direct application in the agriculture is not yet possible. I think, this should be a good doctrine. – Could you update the Basic Course? – Of biology? Or.. – Of biology, – Lesly cut. – I need interaction with other courses.. Mahtematics, physics, language. – What about language? – Students learn both, English and Biology. – English is official language in United Farms. – At home, and at campus, many students speak Russian. – We cannot prohibit Russian. It is declared as "reserve language". - I think, we should load writing of textbooks on students. Students should rewrite textbooks. – Are you serious? – Some students are smart. I'll ask them to describe that they understand, with their words. If they can do it shorter, than it is presented in the Basic Textbook, or deeper, at the same length, or easier to read, then this would mean success; within a year we'll test it at the next grade. May I do this? – You may. The details of the projected textbook left unclear, because Asia declared the food to be ready. She served some lam with strongly cooked potatoes, barely cooked garlic and fresh onions and tomatoes. Ivan an Boris came to eat too. Ruvim found the food perfect. When the first hunger was satisfied, the conversation continued. – Dad, do you plan to change the course of Biology? – Boris said. – Ruvim is charged to do this. - Will it be much better? – I shall try, – Ruvim said. – Hence, Ivan will get advantage, as other youngest, eh?.. What do you think, Ruvim pro? – Yes and not. – Well, Ruvim let us test our idea with my children, – Lesli said. – Hense, Ruvim, go ahead! – Boris, do you like biology? – Rivim said. He needed few seconds to formulate the request. – Not so much. – Why? – It is boring. A lot of scientific facts, that are not related with each other. – Oh! Yes, Boris, namely this! – Ruvim said. I think the same. Let us correct this. – How? – Boris asked. – Beginning with worst cases, of course. Which chapter in the Basic Textbook is most boring? – I do not know.. All.. Equally.. – Several things can be equally good nor equally bad, – Asia said. Even if some of such things are equal, some of them are more equal than other. – Mom, your legs are very beautiful. Especially the right one! - Boris said. – Son of bitch, – Lesly commented. – Can you say the same about my legs? – Bob, if papa and mama have bad legs, then, perhaps, you and me have the same problem, – Ivan said. – Boris, may I repeat the question? – Ruvim tried to return conversation to its topic. – What chapter in the Basic Course is especially bad? From your point of view? – Well, ATP and ADP. I do not understand, for example, how the statement of the Textbook can be used in life, in work, in research. – Boris, let us make a treaty. I help you to find the answer, and you describe it. And we publish the result in the Journal of Biological Research. – Good idea, – Leslie said. – Men, is seems to me, you are about to exploit the child labor, – Asia looked upset. – There is no king way to the science! – Lesli told. – If they want to learn, they need to do non–trivial things. – Ruvim pro, do you expect the result to be non-trivial? – Yes. – Why? – Because I could not find answers to the serious questions namely about topic you said. – What are these questions? – For example, the muscles. They work as a quantum converter. They convert the energy of metastable quantum state of molecule into the quasiclassical motion. – What does it mean, quasiclassical? – It mean, it can be described with Newtonian mechanics. Coordinates, velocities, energy, force, etcetera. – All motion can be described in terms of Energy, force, coordinates, – Lesli said, – is not it so? – Sorry, professor Landov. It is not so. – Ruvim answered. Quantum states are not so. – Ruvim, I need to confess.. I have no superior education. – But you handle the Department! – As you saw, I do not give classes at the highest courses.. – Well, what is our specialty? – Management. Negotiations. How to say.. Lohotron.. – But how.. – I know the game from inside. Lohotron was main trend in Science, say, even 10 years ago. I helped to stop it. We dit it. Many pseudoscientists were fired and lustrated. They are not allowed to work in science. Then, I was supposed to leave, but colleagues asked me to continue. – You do administration? – Yes. This is hard and dirty job, but someone should to it. In some sense, I am top technician. – Do you handle the only biological department or something more? – Something more. ..

Conversation was very long. En fin, Ruvim returned his home and added one line to his diary: "Любая инициатива наказуема."

Pomoev and Gebistov
Professor Ushat Pomoev got education in Germany, then worked at United Kingdom. Masha Gebistov come from Brooklin. Both had some roots from ancient Tartaria. Both had published some bunch of papers; mainly in the applied botanics. Tatraria was not a choice for any of them.

Pomoev lost his position at UK, when he failed with the big project sponsored by the Green Peace. Pomoev was head of the group that was supposed to proof the danger of genetically-modified plants and animals. And failed. Then he published series of articles with professor Landov. They deal with the random search of useful mutations of agricultural plants; the methods of century 20: generation of mutations with ionising radiation and chemicals, then slow and boaring selection of genetically pure (and reproducible) alleles.

Pomoev wanted to get from Ruvim the fresh experimental data about stability of genetic modifications calculated by Ruvim, so, he pointed Ruvim Pechor to Lesli Landov.

Masha Gebisrov worked with Glem Gvardina. She handled the laboratory of analysis. They analysed miscarried embryos, as well as all tissues happened in the lab as results of the "errors" of Doctor Glem Gvardina. Most of work was routine systematisation of records of the genome sequences obtained from the commercial DNA analyser. Amount of he row material greatly exceeded the productivity of the analyser, so, at the big freezer, al lot of "errors" had been collected. This word was used as euphemism for all cadavers and tissues appeared as by–product of the Glem's work. However, Masha and her students called all cadavers and all their parts with term "sample"; sigh a "sample" could have mass from tens of kg to micrograms; even pieces of the frozen blood stored in the "Big fridge" were also qualified as samples.

The Masha's student, master Pepito Vovkin, was technician and handled the DNA analysers. He updated one of then for synthesis of DNA. It was classical biochemisty, nuclei of all atoms were treated as classical particles, and the art of the engineer was to put each atom to the pre-calculated position. Practically, even this had not yet been realised. When Ruvim appeared, the most of work was with with already prepared nucleobases synthesised with external commercial devises.

At very the beginning, Ruvim had explained to colleagues that his theory cannot yet be used for this synthesis. However, Ruvim tried to help as far as he could, although the consults of students occupied a lot of time.

Topic, that Ruvim had suggested to the Lesli's sons, felt out of genetics, and out of any applications expected. The question about biologic conversion of APP to ATF using kinematic energy from the external source. The wing moves the plant and the fibers in leaves withdraw energy of the deformation, storing it in ATP, in the way, similar to photosynthesis, but using the energy of deformation instead of the kinetic energy. Or some worm is deformed by the flux in the river, and anti-muscles convert the energy to this movement to ATP. Ruvim believed that this is doable, due to the symmetry of the quantum mechanics at the change of sign of the time. However, even if success, Ruvim had no hope to program this into the genotype of any plant, mushroom or animal. Ivan and Boris brought their friends to work on the problem; even Gella Ivanov seemed to be interested. The goal looked miserable - to rewrite one section of one chapter or the Basic Textbook.

Stidents brought also other strange and crazy ideas, and they "eaten: all the Ruvim's time, all that left after the consults with Masha Gebistov, Glem Gvardina and Ushat Pomoev. Ruvim returned to his cottage only to sleep.

Cranberry
Ruvim enjoyed much the staying in Galia. The only, he was invited to his students homes too often, and the food was too delicious.. After few weeks since his arrival, Rivim found that his jeans become a little bit tight for him. Perhops, it wad not a good idea, to spend all the time sitting and eating or answering questions.

Ruvim tried to eat less, but suffered strong headache and some kind of vertigo. Ruvim discussed the with Glem Gvardina. Glem adviced to make more exersices and drink the Pomegranate or granberry juice.

Rugim dislikes the "senseless" physical excersices, and wanted to combine two at once. he decided neither to get berries from the Shop, nor from the Free Market at the roadside, but to collect it in the forrest. Glem had indicated that he saw the dense forrest of the cranberry trees near the campus.

The idea of the "Cranberry tree" sounded something similar to the Russian stamp Развесистая клюква, but Ruvim did not mention this to Glem. Ruvim was sure, that this is a kind of joke, and wanted to find a way to transfer the joke back to the joker. The idea of combining or physical exercises with getting cranberry looked a little bit strange to colleagues; and Ruvim gone for cranberry alone.

The biper guided him by the old trail to the wet forrest. In the morning, it was easy to step on the frozen ground. Indeed, there many trees with very acid red berry, similar to cranberry. Ruvm filled one packet with these berries.

Then Ruvim found the "conventional" cranberry at the nearby meadow; and Ruvim collected it into another bag, with goal to investigate the difference upon return..

The Ruvim's beeper told, that the place is not safe because of radioactivity. Ruvim tried to get back by the same way, but the ground warmed with the sunshine, it was almost impossible to step. Ruvim turned to the side. The ground was more hard there, but the beeper indicated the high level of ionising radiation. Ruvim returned to his trail, and tried to bypass the swamp from another side. First, he walked well, and even approached the Campus. But then the ground become very soft. The beeper indicated that the trail is close, and Ruvim continued to go forward, although he was deeping into the swamp more and more with each step, his boots and jeans became wet. Ruvim thought to turn back, but he found, that he cannot get his boots up, they seemed to be glued deeply under the water. Ruvim thought to press emergency key at the beeper, and found, that some trick branch of a bush picked up the beeper, together with his hat, while he was passing by; the beeper was hanged at the bush far behind; clearly seen, but impossible to touch. Ruvim was trapped.

During a minute, Ruvim tried to elaborate any plan go escape. Ruvim downed his bag with cranberry to the grass; slowly the bag become to merge too. The most reasonable solution seemed to return to his beeper: First, Ruvim did not want to lose the beeper, it served both, as navigator and a way to call for help. Second, the way behind is, at least, passable, while that ahead was still doubtful. Ruvim realised, that he deeped for several centimetres more, while just staying at the same place.

The last Ruvim's success was the U-turn, but, while pulling one foot out, the other deeped more. En fin Rugim realised, that he cannot move any direction. Soon it became very cold; Ruvim was shaking and this vibration fastened seeping of his feets. Water reached his balls; it was nothing of pleasure.

Ruvim felt that the trapping lasts infinitely. Then he heard the far but loud voice:

– Милок, ты шо, ващще охуел, еб твою мать!

- Помогите, пожалуйста! - Ruvim said at the same language, but something happened with his voice; he was rather whispering, than trying.

Soon Ruvin saw the small figure; one slim Oldman approached his beeper and took him out from the branch.

- А ну, раздевайся! - cried the Oldman.

Ruvim felt as in a stupor, he could neither move, nor say anything.

The Oldman put the Ruvim's beeper on another branch, a little bit higher and thinner, and begun to undress. He took off even his boots and set them between branches of the same bush.

- Раздевайся нахуй, ебена мать! - cried the Olman, - если жить хочешь!

Oldman grabbed from Ruvim his sweeter, jacket and shirt; then forced him to leave from his jeans. Ruvim's boots left deeply down, under the grass and dark water. Oldman took the Ruvim's bag and Ruvim's clothes, and returned to the bush with his bag, leaving Ruvim naked in the pretty cold water. Ruvim has no forses to resist. Then the Oldman returned.

– Че ты встал, как ебанутый, - cried the Oldman into his face, – А ну, пшёл отсюдова. Уёбывай с моего болота!

- А как же ботинки? - Ruvim whispered.

– A ну, пуздюхай вперед, еб твою мать! - Cried Oldman, – И не ссы, будут тебе ботинки. Всё одно, промок нахуй через себя, пиздюка! – Oldman said.

Ruvim obeyed. The oldman seeped at the place left by Ruvim, searching for the Ruvim's boots. Ruvim moved forward; first, almost swimming; then he could walk. Ruvim looked back. Oldman took the Ruvim's boots and was approaching. On his way, he picked up both socks, Ruvim lost while swimming. Then, Oldman reached him.

– A ну, пиздюхай бегом вон на тот холмик! - Oldman indicated the direction with hand.

– А одежда? - Ruvim complaied, - Холодно же!

- Делай, что тебе говорят, еб твою мать! - cried the oldman, and Ruvim again obeyed.

The oldman happen to be much faster than Ruvim; soon, Oldman bypassed him, carrying both bags, his clothes, and the Ruvim clothes too. Oldmans put all the staff on the ground and jumped few times, dropping water around. Quickly, the oldman got dressed. Ruvim mentioned, that his clothes was not so wet.

– Стирка закончена, начинаем отжим! - Oldman said, and gave to Ruvim the side of Ruvim's shirt. – Крути!.. хорошо! Теперь одевай!

Only at this moment Ruvim begun to understand what is happening. Beeper of Ruvim and that of Oldman sounded, both, almost simultaneously.

– Rivim, Vasili, what are you doing there? Do you need help? – The laud voice of Agent Smith filled the space.

– Не ори, Агент, все путём, - Oldman, obviously, his name was Vasili, answered, – Твой мудак нашёл единственную глубокую яму и чуть не потерял в ей свои обутки. Ща мы этого пиздюка выжмем и я его тебе приведу. Спи дальше, Агент.

– Спасибо, - Ruvim said.

Vasili trashed water from Ruvim's boots, forced him to wear his wet clothes, and they run to the trail. It happened to be not so far. Ruvim warmed up a little bit.. They continued to run by the trail; then, the big black motorcycle, driven bу the big black woman, approached. That was Barbara Smith.

– А, Барби, привет! - Vasili said, – Запери этого шлимазла нахуй!

- Thank you, Vasili! – Barbara replied. – You did great!

Barbara took the Ruvim's bags and dropped them into the trunk of her motorbike.

– Ruvim pro, will you take your seat, please?

- Бай-бай, Барби! - Vasili said, – Прощай, Рувимчик-утопимчик! Наперёд думай, прежде чем лезть куда не надо!

- Спасибо, - Ruvim repeated. He set at the motorbike.

– Bye, Vasili! See you later! – Barbara said, and took Ruvim away. It looked like a racing competition, so it seemed to Ruvim.

Did you ever tried to ride a motor–bike, being in а wet clothes? Please, believe: It is nothing of pleasure. Fortunately, the home of Smits's was close. It was not so easy, even for big strong Barbara, to took Ruvim out from motorbike, to push him through the door, to undress him, to drop him to the shower and then - into the big wide hot spa. After several minutes, Ruvim realised, that his hands and foot are alive, and he can even feel them.

Barbara collected the Ruvim's clothes into the washing machine, and then come to Ruvim.

– Would you like to drink something, Ruvim pro?

– Yes, any, – Ruvim answered.

That "any" happened to be piece of salted fat, bred, cheese and red wine. Barbara set it at the border of spa and jumped into the water. Then she called Agent.

– Honey, do you follow us? – Barbara called her husband.

– Yes Barbi. I see, you are fine.. – Agent replied, - I'll join you soon. Could you cook anything serious?

– Yes, dear! See you soon! – Barbara answered, and left Ruvim alone.

Some urgent work delayed Agent, so, he returned not so soon, as expected. But not so late: the lam and potatoes, cooked by Barbara were still hot; and the "family dinner" in spa happened perfect. Ruvim could return his home only next day. The staying at the Smith's was so pleasurable, that Ruvim almost forgot all the troubles he had just before. So, he only briefly mentioned this adventure in his diary.

Ruvim had time to describe the adventure in details, because doctor Glem Gvardina found him too hot (38 by Celsius), and claimed that Ruvim has flu, and needs to stay at home in order not to contaminate students.There was also strong discussion with Glem, Ruvim and Barbara.

– I feel myself fine! – Ruvim told. It was not really so: he felt headache and light sore throat. – You should not contaminate students. – I just got cold at that stupid cranberry swamp.. – Stupid are those, who first enter that swamp and then think.. Who told you to collect cranberry at the swamp? – Cranberry is supposed to grow at a swamp.. – Not in Tartatia! Your colleagues, during many years, had cultivated the cranberry trees, in order to plant the cranberry forrest, that nobody needs to collect cranberry at the swamp! – I thought, that was a joke.. – That was not a joke. I hoped, you, as scientist, can understand this by yourself. After use of the nuclear weapon, the surface is covered with clusters of very heavy and not so stable isotopes. These clusters were washed out by the deactivation machines, and also by the rains. Water brings the clusters to rivers, then to lakes, seas and oceans. Gradually, they are concentrated in silt at bottom of see, and do not disturb anybody. Except swamps. Isotopes remain close to the surface, and the only way to remove them is the artificial draining; it is expensive procedure.. Didn't your beeper say that you are doing wrong? – It did; I was looking for another way.. – I saw your record. Vasili Pupkin saved you.. – Barbara and Agent had contacted me without problem.. – Barbara, this is about you, come on, please.. Do you think, it was a good idea, to carry the cold patient in a wet radioactive clothes in a motorbike? – It was only few kilometres.. one minute.. He was with this much longer before.. – Barbara replied. – Was it difficult to bring him new clothes? - There was no time, pro. – Barbara replied. – More important was to wash him and to warm him. I did this immediately upon arrival.. – And the clothes.. – Don't exaggerate, Glen pro. I washed his clotes and boots well. Beeper does not crackle at it anymore.. – And the berry he had collected.. – Berries were in 2 pockets. One from trees and one from swamp. I already isolated the packed with berries from swamp.. Nobody had eaten it.. You may use it for your experiments, if you need. – Barbara replied. – Well, Ruvim pro, – Glem said, – Barbara is at your side.. I confess, this is more political measure than medical.. Students must see, what happens with those, who ignore the signals of beepers.. Only two days. – Do not worry, pro, – Barbara said – I install you additional screen; you'll work almost as you do in the teaching room!

In such a way, Ruvim happen to be packed in his cottage and had to consult students by video. The new screen Barbara and Agent had mounted in his cottage was really good. After two day, Ruvim returned to the teaching room and continued as usually..

Again Nata Kiskin
Ruvim and Pepito Vovkin were discussing possibilities of conversion of deformation to chemical modification of APP to ATP. As usually, the theoretician (Ruvim) claimed, that the preliminary test he had suggested is not correctly realised in the Pepito's sample; while Pepiti indicated that Ruvin did not take into account some processes that are unavoidable at the artificial synthesis of carbon-silicon structures. The dissuasion was interrupted by the phone call.

– Professor Ruvim Pechor? – Yes, I am.. – Hello, Ruvim pro. I am major Vissarion Derimordov, head of the inmigration office at Kristovina Airoprt. – Hello, mister Derimordov.. – You have visitor.. – Oops.. – One visitor named you as relative.. Her name is Nata Kiskin. Do you know her? – I think so.. – She has not enough cash to enter Tartaria. Her bank cards are not valid. We cannot accept her. – Mmm.. – Could you talk her? – Yes. – Руви, я к тебе еду! Но меня не пускают! У меня денег нет! Сделай что-нибудь, а то меня обратно отправят!.. Ну чего ты молчишь! Ну, кинь мне хоть тысчонку этих ваших киссов или фанов, как они у вас называются.. Взаймы!.. Когда у меня будут, я отдам!.. - Ната, мы же уже это обсуждали.. с чего вдруг ты решила, что тебя пустят? - Сейчас надо не обсуждать, а сделать, чтобы меня пустили!.. Переведи мне сюда, в аэропорт, тысячу, нет, лучше десять тысяч фанов, и меня пустят!.. - Ната, у меня нет столько.. Я не миллионер.. - Это у тебя-то нет? Ты там с малолетними шлюхами кувыркаешься, а на меня у тебя даже тысячи фанов нет??.. Ну что ты молчишь?..

Ruvin felt lost. He was not surprised, he knew, that everything should be expected from Nata; the only, the Ruvim's brain had been occupied with absolutely different staff.

- Ruvim pro? – Again, major Derimordov appeared in the screen, – I see, your girlfriend really needs you.. Do you hear me? – Yes, major. – We can let her in, if you take responsibility for her during her staying in Tartaria, including transport, food and lodging expenses until her departure. She has the return ticket.. It is just one week.. – Yes. – Ruvim pro, we need you to repeat: "I know Nata Kiskin and I take responsibility for her staying at Tartaria, including transport, meal and lodging, until her departure." This is form 10 of the immigration reglament. – I know Nata Kiskin and I take responsibility for her staying at Tartaria, including transport, meal and lodging, until her departure. – Thank you pro! We had serious problem, and you just have solved it!.. Wait a moment, I confirm your address.. We'll bring her to your cottage within an hour. Please, pick her up. – Thank you, Major Derimodrov. – Thank you Ruvim pro!

Nata Kiskin had been delivered into cottage of Ruvim in "voronok". Robocar did not unlock the door, until Ruvim signed the printed copy of the "form 10" mentioned by Vissarion Derimordov. Nata flew into his cottage as a hurricane. Or may be, as a big strong rhinoceros.

– Ух, Рувик, здоровo у тебя тут! Ты сообразишь нам пожрать? Я сутки не ела, все на билет потратила.. Но сначала трахни меня хорошенько!.. Ты же помнишь, как нам было раньше хорошо?

The Evening and night passed without scandals; and optimistic observer even would qualify it as "romantic". Nata switched out the most of light; so, Barbara and Gella had observed the action in the infrared..

In the morning, Ruvim took the shower, eaten the rest of some dishes left from the night and return to work. He explained to Ivan ad Boris, how to run his program, and Boris agreed to make a friendly interface to it.. Then Ruvim's work had been interrupted by Agent Smith.

– Ruvim pro, I need you. – Right now? – Yes. Will you you come to your cottage, please. – Is it so important? – Yes, Ruvim. Sorry. Imperative. No options.

While Ruvim was at work, several very important things happened.

Nata Kiskin went to the Free Market and found there the agent of the "Murka Bank". Nata signed the credit contract and borrowed 10000 fans in cash. Then, Nata gone to the Shop and bought a log of very expensive antiquariat for the Ruvim's cottage. She din not have a key, and Gella, who was spying after Nata with camera, come to cottage, to make a key for her.

Instead of to say thanks, Nata had attacked Gella, torn her hair and beaten Gella so that there were bruises. All this had been accompanied by the extreme Russian slang.

Fortunately, Barbara happened in vicinity; she broght the personal beeper for Nata. Barbara had stopped the execution at very beginning. Barbara cought Nata and called Agent. Ahent clipped Natas hands and loaded her into his voronok. Also, he called all the members of the Galia Court, inviting them to watch the records he selected, beginning with call by major Derimordov and ending with Ruvim, coming to the place of crime; all the action had been filmed by many cameras in vicinity. The evidence of the child abuse was evident.. Agent asked form the Court for permission to arrange the case with short administrative action, and next day he got such a permission. The only one old judge, Li Si Cin, expressed some doubts:

– Agent, I give you my permission, but I suspect, it is vain. I knows that type of hysteric shrews.. I afraid, you cannot handle her even with a cistern of screwdriver.. You may try, but I beg you, stop it you see that the thing do not to in the way you want, and let us do our job..

Agent promised to handle the case carefully.

Notes by Ruvim
Снова я наступил на те же грабли.

Разумеется, Ната не стала читать кредитный контракт. А ведь там чётко написано, на двух языках, "несу ответственность за своевременное возвращение кредита всей моей собственностью, моим телом и моей свободой"..

Ната отсидела вечер и ночь в запертой камере, а когда Агент привёл её на очную ставку с потерпевшими. Агент пытался спустить на тормозах, и он бы справился, если бы Ната сказала что-нибудь типа "Sorry, I was wrong" и/или "Excuse me please" и не произносила бы других слов.

Речь шла о том, чтобы немедленно возвратить весь антиквариат обратно в магазин, вернуть Натин долг Мурка Банку, чтобы немедленно отправить саму Нату ближайшим же рейсом обратно в США (если она там сидела на велфаре, то пусть и дальше на нем сидит), чтобы Ната приняла обязательство не посещать территорию Тартарии в течение 10 лет, чтобы Рувим передал потерпевшим (то есть семье Ивановых) половину своих сбережений в порядке компенсации физического ущерба и принял обязательство впредь оплачивать все расходы главной потерпевшей (то есть Геллы), связанные с её обучением, в порядке компенсации морального ущерба. Агент пообещал, что, в случае согласия сторон, он доставит Нату в аэропорт и проследит, чтобы Ната покинула территорию Тартарии первым же рейсом.

Как только Нате перевели, что я буду оплачивать обучение Геллы из своего жалования, Ната заревела белугой и обругала всех русским сленгом. Ната заявила, что она настаивает на суде, чтобы наказать весь этот развратный притон. А потом Ната и вовсе бросилась на Варвару, назвала её черномазой блядью и попыталась ударить.

В случае Варвары, силы были явно не равны; Варвара и Агент выволокли Нату из аудитории и затолкнули её обратно в камеру для буйных.

Через пару часов, Агент принёс ей Обвинительное Заключение. И мне. Как поручителю и, следовательно, соучастнику. В стиле "ретро", оно напечатано на бумаге. Агент сформулировал произошедшее в мягкой форме, однако термины "use of hard slang", "rasism" и "physical attack" в заключении присутствуют.

Узнав про обвинительное заключение, Варвара примчалась, обняла меня и расплакалась. Она сказала, что теперь нас с Натой продадут в Мурку и что ни она, ни Агент не могут нам помочь. И что несносный Агент сперва делает, а потом думает.

Теперь понятно, почему Майор Деромордов был так любезен, получив моё поручительство. Я не понимаю, в какой момент я допустил ошибку, и в чём состояла эта ошибка. Неужели следовало не давать поручительства и отправлять Нату обратно прямо из аэропорта?

Continuation of Notes by Ruvim: Preparation for Court
Взяли подписки о невыезде. Работаю как обычно; однако коллеги и студенты смотрят на меня как на покойника.

Цугундер примыкает к Медпуну, так что Нату держат и обследуют в той же камере для буйных.

От адвоката я отказался: нахрена добавлять ещё расходы к тому штрафу, который нам влепят? Тем более, я вижу, что любой натин или мой шаг по поводу этого инцидента лишь ухудшает ситуацию. Если они хотят устроить показательный суд, то я в нём участвовать не буду. Тогда председатель суда назначил волонтерку. Собственно, она сама напросилась, так как случай её заинтересовал. Её пустили к Нате и они как-то договорились.

Расклад получился такой: judge, head of Court: Li Si-Tsin (publicly elected) judge: Vladimir Gopnikov (publicly elected) judge: Klim Tsaporezov (randomly elected) Judge: Adolf Stukachev (randomly elected) Secretary: Voropai Podhaluzin (State department of Gaila) Plaintiff: Vladumir Obkomov (volunteer, farmer) Plaintiff Consultant: Sveta Istomin (professor at the Department of Law, Galia University) Accused: Nata Kiskin Accused: Ruvim Pechor Victim: Gella Ivanov Victim: Barbara Smith Defender: Zina Vertuhaev (volunteer, student) Eyewitness: Vissarion Derjimordov (Border patrol at the Cristovina Airport) Eyewitness: Barsik Ribolov (Murka Bank) Eyewitness: Po Len (Director of the Iniversity Shop)

Дла начала, Ли Сицин определил, чтобы Нату, как особо опасного преступника, держали в зале суда в клетке. Очень разумная мера; если она чего-нибудь вытворит на суде, нам с Наткой впаяют по полной.

Зина уговорила Нату молчать и не заявлять ходатайств. В частности, то, что происходило в доме Ивановых и Смитов с моим участием, в материалы дела не включено. Кроме того, Ната сняла обвинение с Барсика Риболова из Мурка-Банка в мошенничестве. Только По Лен не согласилась снять комиссионные, так как возврат товара плохо сказывается на репутации магазина. По Лен приняла обратно подсвечники, занавески и славянский шкафчик за полцены. Комиссионные, да ещё проценты Мурка банку, да ещё штраф семье Ивановых не дают надежд на успех.

Пришёл Лесли Ландов и выразил сожаление, что я не сумел оправдать его надежд. И даже сочувствие. В стиле сочувствую, но помочь не могу. И то же потом Ушат Помоев, почти в тех же выражениях. А потом и и Маша Гебистов тоже. И тоже в тех же выражениях.

Что за страна! Здесь можно провести много революций, но ментальность остаётся прежней: Падающего - толкни. А чего ещё можно было ожидать от потомков стукачей и вертухаев?

А вот. Пришёл Отец Баун. Поздоровался и сказал: - Вы хотите что-нибудь спросить, Рувим про? .. - Может быть, вы хотите что-нибудь сказать? .. По-моему, Вы и так всё понимаете, Рувим про.. Я поговорил с Вашей экс-супругой.. Она раскаивается.. Не сердитесь на неё.. Я уже написал про неё и про Вас ходатайство Ли Сицину.. Юридическая значимость такого ходатайства ноль; но это чтобы Вы видели, что Бог на Вашей стороне.. Я сказал Нате, что Бог помогает всем, даже тем, кто в него не верит.. Прощайте..

Vaslili Pupkin


Vasili Pupkin visited Ruvim suddenly. His visit was very short.

- Ну что, допрыгался, сучок? С бабами завсегда одни проблемы. Слушай, что я тебе скажу. Ты, йоптыть, шибко иностранец, и ни хуя не петришь в наших делах.. Так вот, не залупайся.. Если вопросы будут спрашивать, отвечай кратко.. Вали всё на бабу: Я не знал, я не хотел.. И извиняйся, йоптыть, кайся.. Стране нужны не мученики, а кающиеся грешники, понял? И вот, ещё: ты этим законникам не подыгрывай. Если не знаешь, чего говорить, просто молчи.. Они тебя помурыжат и отпустят. Через пару лет ещё ко мне за клюквой придёшь. Помянёшь моё слово, я этих законников насквозь вижу.. Только в моё болото больше не лезь. И клюкву с него не ешь, понял? Её просто так нельзя есть, её сбраживать и очищать надо. А для еды, клюквы и на деревьях полно. А с болота, мы ещё с тобой, гляди, кранберки тяпнем, знатная вещь! Можно упиться вусмерть, а потом нет похмелья. И перегар клюквой пахнет. Сам увидишь. Только ты бабу свою не приводи, ну её в болото. От баб только проблемы.. Ну, бывай, сынок..

Ahmet Tuskerstein
- Hello, Professor Ruvim Pechor? - Yes, I am.. - I am Ahmet Tuskerstein from the Russian Section of the Clever TImes news Agency. - Hello, mister Ahmet. - I have order to write few lines about your trial. - Hmm.. - Could you answer few questions? - It depends.. - May I visit you? - Yes. - I be in few minutes. Indeed, reporter of the Klevetaims news was already on his way from Kristovina airport. He arrived in company of told blonde.

- Hello, Ruvim pro, may we come in? Here is Evе Hebb, my operator. - Nice to see, you, mister Ruvim! - Evе told. She kept the big stereo-camera on her shoulder, and, maintaining Ruvin and Ahmet in the field of view, installed one more camera on trifit. - Hello, madam Eva, - Ruvim told. Since that, Evе kept silence, operating two cameras at once. - The program will be in Russian, - Ahmet told, - may we use Russian since the beginning? - Yes, I speak Russian, - Ruvim told. - Well.. Kому может быть интересно то, что происходит в Тартарии?.. Да ещё на русском языке? - Нашим русскоговорящим зрителям и читателям. - И много их? - Ну, весь Бруклин.. Элитные кварталы в Маями.. диаспора в Европе.. русскоязычные анклавы в Сайберии и некоторые племена в Африке.. Русское гетто во Владивостоке.. Да и в Тартарии многие понимают русский. Вы, например.

- Что мы можем добавить к тому, что доступно на сайте Информатион департмента Галии? Там есть все видеозаписи. - Ответы на вопросы, которые интересуют наших зрителей. Не у всех есть время просматривать оригинальные записи. - Ндя. - Расскажите, пожалуйста, как вы воспринимаете события.. Почему Вас обвинили в педофилии? - Меня? В педофилии? – Ну да! - Ahmet took from his bag the fresh issue of the "Spletnik" newspaper with portraits of Ruvim and Nata at the front page.. The big title at the front page red: Visitors from the USA accused in pedophilia and child abuse in Tartaria. – Это всё, что Вам известно о нашем случае? - Ну, я ещё слышал что Вы биолог и делаете опыты над людьми.. - Ahmet took another newspaper. It was in Russian. The title red: Американский садист в Тартарии использует человеческие эмбрионы для научных исследований

- Это Ваша статья? - Это интервью с Вашими американскими коллегами.. Я перевёл его на русский.. - Мдя. - Мне бы хотелось получить Ваше мнение. Из первых, так сказать, рук. - Судя по заголовкам, это клевета. - И Вы можете её опровергнуть? - Для того, чтобы опровергать, надо сперва прочесть. Мне противно читать статьи с такими заголовками.. Знаете, Ахмет.. Мне кажется, что будет лучше, если мы с Вами на этом закончим нашу беседу. Я желаю Вам успешного возвращения и плодотворной работы в Вашей "Клеветаймс". - Профессор Печор, пожалуйста, не надо так.. Клеветаймс ещё не вышла на орбиту. Мы ещё не заняли хорошего места в международном рейтинге, и у нас бывают ошибки. Давайте сделаем опровержение. Вы расскажете, как всё по-настоящему, а мы извинимся за ошибки в предыдущих публикациях. - Название Вашего агенства мне кажется тоже неудачным.. - Это был уже раскрученный бренд, Клеветаймс.. Оказалось, что он не зарегистрирован, и наш редактор, Зиг Большевиков, подсуетился первым.. – Даже два слова, "Clever times", слышатся странно.. - Теперь не время менять название, у нас уже тысячи подписчиков.. Надо же нам с чего-то начинать.. - Вы решили начать с клеветы? В соответствии с названием Вашего агенства? - У меня не было времени ознакомиться с Вашим случаем. Всё случилось так быстро.. Для нас это важно, так как Вы и Ваша экс-супруга являетесь нашими резидентами. Националисты требуют пересмотреть американскую миграционную политику.. Ваши ответы могут спасти многих мигрантов от депортации.. - У Вас есть националисты? - Ну, это так условно.. среди них есть и республиканцы, и демократы. Если они в каком-то вопросе объединяются, то им трудно противостоять.. - И Вы решили противостоять? И для этого опубликовали враные статьи? - Я же сказал, это ошибка.. Давайте её исправим..

The pause happened. Ahmet Tuskerstein and Evе Hebb looked as an essence of the journalist misconduct; Rivim did not know, how to deal with them.

– Профессор Печор, расскажите, пожалуйста, Вашими словами, что Вам известно о Вашем случае. - Я не нарушал законов Тартарии. Я не нарушал законов Галии. Но я поручился за мою знакомую, чтобы помочь ей пройти паспортный контроль в Кристовине. Она в первый же день наломала дров. Я, как поручитель, оказался соучастником. Она, как это по-русски, "заварила кашу". Теперь вместе расхлебываем. Если Вы или Ваши читатели помогут нам заплатить штраф, то я смогу продолжать мою работу здесь. - Это всё, что Вы хотите сказать? - Да. - Как Вы относитесь к Нате Кискин? - Никак я к ней не отношусь. Я её поручитель, и этим наши отношения закачиваются. - Сразу после её приезда, Вы вместе записали эротическую видеосессию в инфракрасных лучах.. На нашем сайте, она набрала уже миллион просмотров.. - Пожалуйста, уберите её. - Записи камер наблюдения копилефтны, в соответствии с федеральным законом Тартарии. - Я не требую, я прошу. - Я передам Вашу просьбу шефу. - Вы не удосужились познакомиться даже с обвинительным заключением.. - Хорошо, я подробнее ознакомлюсь с материалами Вашего дела и тогда снова попрошу Вас о новой встрече. Без Вас нам никак не разобраться в происходящем. Спасибо, профессор Рувим Печор, за интересную беседу. – До свиданья.

At this, Ahmet Tuskerstein and Eve Hebb left.

Клеветаймс. Новости из Тартарии
Вероятно, многие знают, что в самом центре Евразии имеется почти признанное самопровозглашенное государство - Тартария. Татратия выглядит чуть менее дикой, чем окружающие её людоедские племена. Однако, сообщения указывают, что потребуются ещё значительные усилия, прежде чем Тартарию можно будет назвать цивилизованной страной. Примитивное государственное устройство Тартарии вполне соответствует столь же диким и развращенным нравам её населения. Ситуация в Тартарии усугубляется тем, что визитёры из США, попав в Тартарию, думают, что там они могут вести себя, как дикари, и даже хуже, чем дикари.. Недавнее сообщение касается скандально известного Рувима Печора, прибывшего в Тартарию по приглашению Гальского Университета. Корреспонденту агенства Клеветаймс Ахмету Тускерштейну удалось встретиться с главным фигурантом скандала и узнать подробности. ..

Рувим Печор отрицает подлинность видеоаписей, уличающих его и его соучастницу Нату Кискин в педофилии и жестоком обращении с детьми. Профессор Печор требует, чтобы сайт Клеветаймс удалил компрометирупщие его мувики. Печору предстоит отстаивать свою точку зрения в суде. Передачи из зала суда обещают стать сенсационными. Следите за нашими сообщениями.

Вот расшифровка интервью с профессором Ушатом Помоевым.

- Профессор Помоев, можно ли задать Вам несколько вопросов по-русски? - Да, я знаю свободно русского языка и могу им отвечать на ваши вопросы. - Ваше имя может звучать несколько необычно для наших читателей. Можете ли Вы рассказать о нём? - Род Помоевых очень древний, и ведёт свое летоисчисление от легендарного Моисея, описанного во многих мировых религиях. "Помоев" означает стремление к чистоте, в том числе и в научных исследованиях. Именно это требуется от сотрудников нашего Университета. - А что означает имя "Ушат"? - Имя "Ушат" происходит от слова "уши". Мои родители считали, что для того, чтобы стать великим философом, то есть учёным, человек должен больше слушать, чем говорить. Поэтому они назвали меня "Ушат". - Знаете ли Вы Рувима Печора? - Да, это наш коллега и мой соавтор. Мы работаем вместе над проблемами универсальных алгоритмов направленной генетической селекции. Идея в том, чтобы адаптировать методы, известные в ботанике, к зоологии, и наоборот. И к грибам тоже. Рувим предложил несколько новых идей, которые кажутся мне и шефу очень интересными. Рувим позаимствовал их из квантовой генетики, и ещё в начале этого века они казались полной фантастикой. Сейчас у нас есть оборудование, с которым мы надеемся реализовать их. Жалко, что с Рувимом случилась такая неприятность. Я думаю, что он не виноват. - Пытаетесь ли Вы как-то помочь Вашему соавтору? - Это невозможно. Он сделал ужасную вещь. Tеперь никто не может ему помочь. Такое время у нас сволочное, вы понимаете. - Спасибо, профессор Помоев, за интересную беседу.

Маша Гебистов: Преступления Рувима Печора
Профессор Гальского Университета, Маша Гебистов подтверждает, что Рувим Печор использует коммерческий анализатор ДНК совершенно недопустимым способом, а именно, для изменения последовательностей ДНК в эмбрионах животных и человека. Профессор Гебистов отметила, что основная часть работы связана именно с человеческими эмбрионами. Это указывает на то, что профессор Рувим Печор методами генной инженерии готовил ужасное злодеяние, а именно - создание генетически-модифицированного человека, и только своевременный арест Печора может его предотвратить.

Фашистская сущность судов в Тартарии
Тартарский суд под руководством Ли Сицина постановил депортировать наших корреспондентов, репортёра Ахмета Тускерштейна и видеооператора Еву Гебб. В качестве предлога для депортации, в решении суда указано явное несоответствие сообщений, опубликованных Тускершейном, той информации, которой, по мнению суда, Тускерштейн и Вебб располагали в момент подготовки публикаци. Решению о депортации предшествовал утомительный допрос, в ходе которого Тускерштейну и Гебб пришлось ответить на много острых вопросов.

Нашим корреспондентам не дали встретиться с Надей Кискин, соучастницей Рувима Печора. Этот факт тоже свидетельствует о деградации законности в Тартарии.

Extradation of Ahmet Tsukershetin and Evе Hebb
Extraction from the decision of the Galia Court:

..

With respect to Ahmet Tsukershetin and Evе Hebb, the attempt to misinform the society at Galia, Tartatia and other countries is detected. Pulications by Ahmet Tuskershetin, prepared in cooperation with Evе Hebb, indicate, that their activity contradicts the Main Federal Law of Trataria in the part Freedom of distribution of information.

In addition, attempt is detected to anounse decision of Court before decision is elaborated. This attempt is qualified as Intervention into Court Activity.

Facts mentioned are confirmed by Protocol of interrogation of Ahmet Tuskershetin, that of Evе Hebb, and other evedences, listed in the appendix.

Each of the violations above is serious crime, sufficient for the punishment below.

Ahmet Tsukershetin and Evе Hebb must leave from territory of Tartatia as soon as possible, but no late than within 24 hours since this decision.

Ahmet Tsukershetin and Evе Hebb are not welcomed to Tartaria during 5 years.

The executives are recommended to help Ahmet Tsukershetin and Evе Hebb to reach the Krestovina Airport and to check that they fly away.

Head of Galia Court, Li Sitsin.

..

The decision of the court had immediate result. Barbara and Agent helped Ahmet Tuskershetin and Evе Hebb to load their staff to Voronok (robot car with locked doors), and Vissarion Derimordov brought them directly to the gate of the soonest flight.. The corresponding report by major Derimordov (with link to corresponding videorecords) finished the important branch of case of Pechor and Kuskin.

Gella Ivanov looked at that video and sang new song, that which was, of course, the obvious plagiarism form the old classic song. Never the less, Gella's song become popular in the campus, and within few days, Ruvim had heart it many times:

Прощай Аxмет, ты влез куда не надо Наврал до хера и не смог держать ответ; А посему, иди ты, гринго, нахуй; Пусть Ева тебе в Штатах делает минет.

И не пишите ничего о нашем быте: Мы сами знаем, где у нас чего! Так Ли Сицин постановил в вердикте; Мы одобряем мнение его!

In such a way, Ahmet Tuskershtein and Eve Hebb lost their opportunity to assist the Court at the consideration of case of Ruvim Pechor and Nata Kiskin. However, they could follow the sessions of the court by web cameras and they published their interpretations of the event in the following issues of the Clever Times. The song by Gella has been interprted as case of the "Stockholm syndrome".

From publication by the Clever Times
Гелла Иванов, будучи допрошенной в качестве потерпевшей, сказала так:

Ну чего вы все прицепились к Rувиму-про из-за этой выжившей из ума старухи! Отправьте её назад в Америку, и пусть она там даёт интервью всяким Ахметам и Евам. И возьмите себе этот фан, который я получила от Руивима про, я не могу им пользоваться, потому что Рувим-про столько бед терпит из-за меня. Можете проверить по номеру, это тот самый фан! Если бы у меня были ещё, я бы их тоже отдала, но у меня больше ничего нет! Отпустите Рувима-про!

В качестве вещественного доказательства, Гелла Иванов действительно положила на стол судьям банкноту в один фан, полученную ею от профессора Печора. После этого, Гелла расплакалась и бросилась к своей матери, Тике Иванов, и плакала у неё на груди до конца суда. Заявление Геллы было интерпретировано как попытка подкупа судей и привело к соответствующему ужесточению наказания.

Discussion at Ivanov's
- Мам, a что будет с Рувимом про? - Ты же слышала. Два года рабского труда в Мурке. Потом он, может быть, вернётся. - Вместе с тетей Натой? - Нет, Ната пожизненно. Ну, или когда она выплатит долг Мурка-банку. Но это навряд ли случится. - И с ней могут сделать всё что угодно? - Да. - Даже убить? - Да. - Разобрать на органы? - Да. - Сгубить на работах по деконтаминации? - Да. - По-моему, это слишком жестоко. - Гелла, она могла убить тебя. Я видела запись. - Просто Ли Сицин про пережил Бигпуфф, поэтому он так жесток. - Гелла, он ничего не мог сделать против закона и коллегии судей. Если бы Агент сразу догадался посадить Нату в клетку, то можно было бы квалицировать случай как растрату и припадок аффекта; мы бы скинулись, заплатили бы Мурка-Банку, и Нату бы отправили обратно, а Рувима бы не тронули. А после нападения на Барбару, да ещё с расизмом, без вариантов. - Но Барбара же действительно чёрная! - Ната употребила это слово в запрещённом контексте. - А по-моему, чёрная - это очень красиво.. Можно, я напрошусь к ней в гости? - Зачем? - Я её хочу. И Агента. Может быть, они согласятся.. Мне уже скоро пора забеременеть, а я ещё не всех перепробовала, кто мне нравится, и не знаю, от кого хочу. - А чем тебе сверстники не нравятся? - А тем, мам, что я уже взрослая!.. Позвони Смитам, а? А то я стесняюсь..

- Hello, Agent! Tika is here. – Hi, Tika pro! – Agent, my girl wants with you. – Me? – She told about Barbi, but I believe, you are together.. – How about you? – Мам, ты тоже! Пожалуйста! И папа! Я всех хочу! И Барбару! Рувима у нас отняли; я хочу хотя бы Барбару! - Tika, you and Gella are welcomed anyway.. And Matvei, if he likes.. How about tomorrow evening?.. - Tomorrow is fine.. – One moment, I call Barbara.. Barbi, how about small party for tomorrow?.. I mean, Ivanov's.. Thanks, kiss!.. Miss Ivanova, ya priglashaui tebiq i tvoix roditelei zavtra. Na vecherinku.. Radi tebia, nasha vosxititlelnaya printsessa! – Thanks, Agent! You speak Russian well.. – Спасибо, мамочка! Спасибо, Агент. До завтра!..

- Матвей, привет. Мы с Геллой завтра к Смитам идём. Пойдёшь с нами?. Ну и славно.. Сейчас Геллу за уроки засажу..

- Мам, а можно я для Барбары покрашу волосы в розовый цвет? – Можно. - А давай ты мне татуировку сделаешь? Чтобы я совсем как взрослая? - Тебе же будет больно, ты не получишь удовольствия от Барбары. - Я ты маленькую. - Маленькую не будет видно. Хватит и розовых волос. - Ну ладно. Тогда мне дядя Агент сделает больно. - А не рановато? - Мам, я уже взрослая и я хочу всё по-настоящему! - Завтра посмотрим. Ты уроки сделала? - Мне немножко осталось.. - Доделывай. И на послезавтра тоже сделай. Потому что кто знает, когда мы от Смитов завтра вернёмся. И вернёмся ли.. Когда на послезавтра доделаешь, я покрашу тебе волосы. Так что не отвлекайся.

Rivim Pechor and Nata
Nata got some food in her "obeziannik" (locked cage). Early in the morning, Ruvim and Nata were locked at voronok.

Staff of the Murka-Bank, Barsik Ribolov, drow his harvest to Murka Slave Market. He tried to estimate, how much can he get, after to sell Nata and to rent for 2 year Ruvim. However, the significant part should be paid to Missis Ivanov; but the rest, according to his estimates, should be still positive. And, perhaps, very positive.

The new, dangerous life was about to begin for Ruvim and Nata. Nata embrassed Ruvim and whipped at his torse. Or, may be, at his vaist. Or a little bit lower. However, nobody was interested in that the two new slaves are doing.

Neither Barbara, nor Gella, who were exhausted by the extremely pleasurable party at Smith's.

Nor the reporter of the Clever Times, Ahmet Tuskershtеin, nor his camera-girl Evе Hebb.

Professor Lesli Landov, administrator, forced to administrate science, thought, whom can he employ for the position, vacant after the Pechor's departure.

Professor Masha Gebistov thought, whether she can advance without Ruvim, and decided, first, to make applications for the things, they did together.

Professor Ushat Pomoev got from Lesli Landov the strong notation, was upset with all the world: Lesli, Masha, Ivanov's, Smith's, Ruvim, Nata, and, especially with the staff from the Clever Times News Agency. On the other hand, Pomoev estimated, that he needs at least two years, to finish that he had promised to Ruvim. Then, there will be possibility to get Ruvim back, and to advance ever farther..

Charles Browning tried to guess, which religion could be better for Ruvim, as Ruvim categorically rejects any branch of Christianity..

End of the First Book about Tartaria
The above is draft of the Frist Book about Tartatia.

The draft of the continuation will be loaded also by parts, the next one is Tartaria02

Kewords
Апокал, Вестизм, Меганезия, Депортация, Нормализуется, Попонин, Рабство, Распад РФ, Революция, Семидесятый меридиан, Созвездие Эректуса, Стена Коломойского, Утопия