File:StepanKuznetsov1455673999 840621 88.jpg

Кузнецов Степан Иванович (Stepan Kuznecov)

Original filename: https://static.novayagazeta.ru/storage/c/2016/02/17/1455673999_840621_88.jpg

Description
Сергею Борисовичу Прудовскому сейчас 66 лет. Ровно столько было его деду, когда он вернулся домой после пятнадцати лет лагерей. Прудовский застал деда при жизни.

В 1955‑м, когда дедов срок закончился, семья Прудовских приехала в Москву из Тбилиси (там служил отец) — встречать его. Сергею Борисовичу было тогда шесть лет, он помнит, как увидел Степана Ивановича Кузнецова, своего дедушку, в первый раз: в окне Измайловской больницы, куда тот попал сразу после освобождения (с больным сердцем). Уставшее лицо, длинная седая борода, усы. Шестьдесят шестой день рождения дед встретил в больнице. Прямо туда ему принесли справку о реабилитации. Приговор отменен, дело прекращено за отсутствием состава преступления.

Степан Иванович Кузнецов был агрономом. Он окончил Тимирязевскую академию, устроился работать в Наркомзем. В 1929 году его командировали в китайский Харбин — узловую станцию Китайско-Восточной железной дороги. Его отправили закупить большую партию соевых бобов, но в итоге оставили для изучения культивирования сои. К 32‑м году он там стал уже начальником земельного отдела. Но через три года СССР продал долю в КВЖД самопровозглашенному государству Маньчжоу-го (под контролем Японии) и спешно начал эвакуировать оттуда своих граждан.

Позже почти все вернувшиеся были признаны японскими шпионами (см. справку)

Справка «Новой»

«Харбинская операция», запущенная главой НКВД Николаем Ежовым, имела формальные сроки с 1 октября по 25 декабря 1937 года. На деле в ее рамках людей арестовывали и многими годами позже. План арестов по «харбинской операции» составлял 25 тысяч человек — столько людей выехало из Харбина в рамках эвакуации, к ним прибавили и уехавших оттуда в 29—30-е годы в ходе конфликта с Китаем. «Агентурно-оперативные материалы показывают, что выехавшие в СССР харбинцы, в подавляющем большинстве, состоят из бывших белых офицеров, полицейских, жандармов, участников различных эмигрантских шпионско-фашистских организаций и т. п., — говорится в приказе Ежова. — В подавляющем большинстве они являются агентурой японской разведки, которая на протяжении ряда лет направляла их в Советский Союз для террористической, диверсионной и шпионской деятельности».

По «хабринской линии» с 37-го по 38-й год репрессировано 46 317 человек, из них 30 992 — приговорены к расстрелу.

Кузнецова тоже допрашивали в 1938 году, как и всех харбинцев, но поначалу отпустили.

Арестовали только в 1941‑м. Суд прошел быстро: обвинение в шпионаже в пользу Японии.

Дали полторы «катушки» с «намордником» (15 лет лагерей и 5 лет лишения прав).

Дедушка Степан оставил после себя две исписанные чернилами тетради. В них — 5129 дней, Лефортово, Сухановская особорежимная тюрьма, Бутырка, Устьвымлаг, Степной и Песчаный лагеря в Карагандинской области.

..