File:Habibullin22.jpg

Хабибуллин Ряфагать Махмутович (Riagafat Habibullin), автор: Олег ПЧЕЛОВ,

Original filename: http://old.redstar.ru/2010/01/13_01/22.jpg

Description
Средняя школа в селе Вязовый Гай (Ульяновская область, Старо-Кулаткинский район) особо не отличалась от себе подобных в других городах и поселках тогда еще Советского Союза. И задания для контрольных работ, и темы сочинений были одинаковы для всех школ, и проверки проводились практически одновременно в соответствии с графиком, спущенным свыше. И когда пришла пора в 4-м классе средней школы села Вязовый Гай писать сочинение на свободную тему «Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?», большинство мальчишек и девчонок на тот момент даже не представляли, кем же они хотят стать. Их сочинения были похожи друг на друга, как близнецы, и в основном отражали профессии их родителей. В итоге получились сочинения по мотивам стихотворения Владимира Маяковского «Кем быть?» – «Я б куда-нибудь пошел – пусть меня научат», лишь бы выполнить задание и получить приличную оценку...    Только одно сочинение выпадало из стандартного ряда. Может быть, оно и было по-детски наивным, но в то же время казалось искренним, честным и вдумчиво-рассудительным, показывающим в юном авторе зарождающуюся личность настоящего мужчины... Его написал четвероклассник Ряфагать Хабибуллин и назвал «Хочу быть летчиком». И это были не просто буквы, слова и строки, заполнившие две тетрадные странички, а рассуждения будущего защитника Отечества. Почему решил стать летчиком в столь юном возрасте? Трудно сформулировать ответ...    Ряфагать Хабибуллин родился 28 марта 1965 года в том самом селе Вязовый Гай. Его родители всю жизнь проработали в совхозе, своих сыновей с малых лет воспитывали настоящими тружениками. Старшие братья отучились в этой же средней школе, выслужили срочную и вернулись в родное село, где и по сей день трудятся механизаторами – пашут, сеют и убирают хлеб. Может быть, рассказы братьев о службе в армии подтолкнули мальчика к мысли связать свою жизнь с армией? А возможно, оказало влияние на выбор будущей профессии веяние самого того времени – военно-патриотическое воспитание подрастающего поколения было на подъеме и основывалось на примерах героев Великой Отечественной войны, в частности таких летчиков, как Покрышкин, Маресьев, Кожедуб... Еще был свеж в памяти и первый полет в космос Юрия Гагарина. Помимо того, развивалась в те годы огромными темпами авиация – со страниц книг, газет и журналов, с экранов телевизоров и кинотеатров часто и уважительно рассказывали о героической профессии летчика. Или взять тот же любимый многими поколениями мальчишек фильм «Офицеры», давший своего рода путевку в жизнь, толчок к выбору ими профессии «Родину защищать». А может быть, первопричиной послужило само рождение Ряфагатя на земле воинов? Его родное село расположено неподалеку от знаменитого и самого старого в Саратовской области города Хвалынска, который был основан как русский сторожевой пост на берегу Волги в 1556 году...    ...Однозначного ответа, почему у четвероклассника Ряфагатя появилась заветная мечта стать летчиком, не найти. Скорее всего, это совокупность, комплекс доводов, а может, и еще каких-нибудь факторов, которые навсегда останутся «за кадром». Долгая дорога в небо

Решив для себя, что станет летчиком, Ряфагать уже с 4-го класса начал всерьез к этому готовиться – углубленно изучал все без исключения школьные предметы, усиленно занимался физкультурой (гимнастика, легкая атлетика и бег на лыжах). Тренировал свою волю, характер и тело. По количеству подтягиваний и подъемов переворотом на перекладине со временем стал рекордсменом школы. Его личное достижение – 100 переворотов подряд без остановок. После окончания средней школы прошел медицинскую комиссию и отправился в Качинское высшее военное авиационное училище летчиков, где был серьезный конкурс. Багажом его был минимальный набор личных вещей, вердикт медиков на бумаге с синими печатями-штампами «Здоров. Годен к службе без ограничений» и непреодолимое желание стать военным летчиком. Но врачи в приемной комиссии КВВАУЛ распорядились по-своему, и Ряфагать не прошел отбор по здоровью. Юноша расстроился, но не отчаялся. Ну что ж, с первой попытки стать летчиком-истребителем не получилось, но оставалось еще одно военное училище, в которое продолжался тем летом набор абитуриентов, – Рязанское высшее воздушно-десантное командное. Все-таки десантники ближе к небу, чем представители других воинских профессий. Экзамены сдал на 4 и 5, но опять не судьба – все-таки не прошел по конкурсу. В том году лето пролетело незаметно, а осенью пришла повестка из военкомата. Как считает Ряфагать Махмутович, со срочной службой ему очень повезло. Он попал в Центральную группу войск (ЦГВ) в 30-ю гвардейскую мотострелковую Иркутско-Пинскую орденов Ленина, Октябрьской Революции, трижды Краснознаменную, ордена Суворова дивизию имени Верховного Совета РСФСР, которая дислоцировалась в чехословацком городе Зволен. После Великой Отечественной войны местом дислокации прославленной дивизии стала Белоруссия. Затем в течение 22 лет, с 1968-го по 1990-й, она дислоцировалась в Чехословакии. Ряфагать проходил службу в дивизии в 1983-1984 гг., когда ею командовал тогда еще полковник Виктор Германович Казанцев, впоследствии командовавший войсками СКВО и представлявший Президента России в ЮФО. Хабибуллин служил в разведроте зенитно-ракетного полка. Служба очень нравилась, несмотря на огромную нагрузку: каждодневный десятикилометровый кросс, занятия в спортивном городке, в учебных классах, выезды на стрельбище и полигон, полевые лагеря (зимой и летом в палатках), регулярные тренировочные разведрейды по 15-20 км в сутки... Именно там и формировались столь необходимые для солдата качества, как выносливость и воля к победе. В Зволене тогда также базировался вертолетный полк. Услышав гул вертолетов, Ряфагать всегда поднимал голову к небу и смотрел мечтательно им вслед. Особенно на совместных учениях, когда совсем близко стремительно проносились боевые машины и наносили сокрушительный удар по условному противнику. Солдат-разведчик при случае искал возможность увидеться и поговорить с летчиками. Офицеры-вертолетчики, видя неподдельный интерес юноши к своей профессии, рассказывали о своих летных буднях, и о винтокрылых машинах, о том, чему надо уделить внимание при подготовке к поступлению в летное училище. Служба в таком знаменитом и прославленном соединении с богатыми боевыми традициями стала для молодого человека настоящей армейской школой, у него лишь укрепилась давняя мечта стать офицером....    Через полтора года службы рядовой Хабибуллин подал рапорт на имя командира с просьбой направить в военное училище. И получил командирское «добро». Предварительные экзамены держал в самой дивизии, затем прошел еще один этап отбора при штабе ЦГВ – в итоге оценки «хорошо» и «отлично». Врачебно-летная комиссия вынесла вердикт: «Здоров. Годен к службе без ограничений». Вскоре заветная мечта Ряфагатя сбылась – он поступил в Сызранскоe высшеe военное авиационное училище летчиков, занимавшееся подготовкой военных вертолетчиков для всех министерств и ведомств РФ. На войне как на войне

Окончив в 1988 году училище, лейтенант Ряфагать Хабибуллин был направлен для прохождения службы в 55-й Севастопольский вертолетный полк, с которым его тесно и надолго связала судьба. Этот полк в то время дислоцировался на территории Польши, а сегодня размещен в Кореновске и по праву считается одним из лучших в ВВС России. Для Ряфагатя с началом службы в 55-м полку стартовал новый этап в жизни, началось его становление как офицера и летчика. Это совпало как раз с подготовкой его эскадрильи к отправке на замену коллег в Афганистане. На тот момент уже 85 процентов летного состава полка составляли офицеры, прошедшие Афганистан. Они активно передавали свой боевой опыт молодежи. Недаром говорят, что победить на войне можно, лишь имея высокопрофессиональную подготовку, качественное оружие и технику, помноженные на боевой опыт. Но вскоре начался плановый вывод советских войск из Афгана, и перелету на замену дали отбой. Тогда молодые лейтенанты очень сожалели о том, что их первая командировка на войну не состоялась и они лишились возможности обрести опыт, который ничем нельзя заменить. Уж очень им хотелось применить на практике то, чему их учили в стенах училища и в полку. Первые четыре года службы молодого офицера были плотно загружены учебно-тренировочными полетами и боевой подготовкой: четыре полнокровные летные смены, каждую неделю два полета на полигон на боевые стрельбы, днем и ночью, в сложных и простых метеоусловиях... Никто из молодежи не роптал, знали, что только так становятся настоящими профессионалами. Привычный распорядок учебно-тренировочной жизни у летчиков изменился в мае 1992 года, когда 55-й Севастопольский вертолетный полк приступил к перебазированию на аэродром вблизи города Кореновск Краснодарского края. Осенью того же года свои учебно-летные навыки Ряфагатю, как и всем вертолетчикам полка, пришлось проверять в реальной боевой обстановке в дни осетино-ингушского конфликта. В 1993—1994 годах пилотов ожидала очередная командировка на войну в зону грузино-абхазского противостояния. Штурман звена Хабибуллин отправился туда одним из первых. В общей сложности он провел в зоне конфликта 148 дней – от начала до конца событий. Прочувствовал сполна на себе, что такое война и потери боевых товарищей, что такое людское горе, кровь и слезы. Многократно жизнь испытывала летчика Хабибуллина на прочность, каждый раз усложняя проверку и возводя препоны на пути, которые он с честью преодолевал. Очередное испытание капитану Хабибуллину выпало в 1994 году с началом первой чеченской кампании. Тогда Ряфагать получил тяжелое ранение. В тот злополучный день его Ми-24 во время разведывательного полета подвергся огневому обстрелу из крупнокалиберного пулемета и стрелкового оружия. Винтокрылая машина мгновенно была изрешечена пулями разного калибра. Уже потом на земле насчитают 97 пулевых пробоин. После смертоносного обстрела в живых остался только он – летчик. Одна из пуль, пробив обшивку вертолета, попала в бедро правой ноги Хабибуллина, а осколки поразили левую ногу и лицо. Один двигатель машины был поврежден и отказал. Бак с горючим оказался пробит, в салон текло топливо, способное в любое мгновение воспламениться, об этом говорил и появившийся в кабине дым. Превозмогая нестерпимую боль и находясь на грани потери сознания, которое сохраняли лишь мысли о Рамиле и их семейном островке любви и счастья, летчик усилием воли и отработанными до автоматизма движениями смог удержать машину в воздухе и дотянуть до позиций одного из подразделений Внутренних войск МВД РФ. Здесь на вспаханном поле и совершил вынужденную посадку. Восемь месяцев летчик провел в госпиталях. За операцией следовала операция. Сначала боролся за жизнь и за сохранение ноги, потом – за право летать. Ему предлагали пойти по легкому пути и уволиться «по здоровью», получив шестьдесят окладов и собственное жилье. Но для Хабибуллина быть летчиком – это призвание и дело всей его жизни. Ведь именно об этом четвероклассник Ряфагать в своем сочинении с коротким и в то же время обязывающим заголовком «Хочу быть летчиком». После прохождения врачебно-летной комиссии капитан Хабибуллин вернулся-таки в строй и выполнял боевые задачи на территории Чеченской Республики до конца 1996 года. После окончания первой чеченской кампании принимал участие в поддержании мира в зоне грузино-абхаского конфликта. В 1999 году опять оказался в самом пекле. Вторая чеченская кампания началась для майора Хабибуллина 15 августа, как и для его однополчан. Полк подняли по тревоге, и два звена перелетели на вертолетную площадку у населенного пункта Ботлих. Здесь выполнялись боевые задачи по ликвидации боевиков и огневой поддержке подразделений специального назначения. Вылетали на задание, как только вставало солнце. Летали практически без отдыха по пять-семь часов в день. Работать в узких горных ущельях Дагестана и Чечни было тяжело, поскольку пространство для маневра вертолетов ограничено, а потоки воздуха постоянно вмешивались в процесс управления вертолетом. В узком пространстве ущелья по габаритам проходила лишь одна «вертушка», иногда приходилось буквально протискиваться среди скал, а работали обычно группами по 4—6 машин. Любое неверное движение, многократно усиленное восходящим или нисходящим воздушным потоком, – и многотонная машина могла зацепить склоны ущелья винтами и рухнуть в пропасть. Чтобы на предельной скорости летать в горных условиях, да еще и под прицелом боевиков, летчик должен был моментально определять габариты ущелья, уметь делать поправки на восходящие и нисходящие потоки воздуха и порывы бокового ветра. Авиаторы относятся к своим винтокрылым машинам как к живым существам и знают наперечет их индивидуальные особенности, не говоря уж о знании стандартных технических и боевых характеристик вертолетов. Вертолеты же отвечают своим экипажам взаимностью и выручают зачастую из, казалось бы, безвыходных ситуаций, работая на пределе своих возможностей. Например, в боях с бандформированиями в том же Дагестане или Чечне кореновские вертолетчики против всех инструкций и правил выполняли крен 50—55 градусов против нормативных 35—40 градусов. В сверхвозможности боевых вертолетов и в особенности войны в горах тогда посвящали своих сослуживцев офицеры, которые воевали еще в Афганистане, – майоры Владимир Силятков и Владимир Качаев. По неписаным законам самые опасные задания, особенно в горах, на себя брали наиболее опытные летчики. В интересах дела «в бой шли одни старики». Молодежи доверяли, опять же под присмотром старших, решать более простые боевые задачи на равнине. Разведку погоды, когда горы укутаны плотной облачностью или густым туманом, проводил самый подготовленный экипаж. Например, ущелье залито «молоком», видимость нулевая. Группа вертолетов зависает или барражирует у входа в теснину, а один из вертолетов уходит на разведку, пробивает облака и ищет практически на ощупь «воздушные тропинки». Затем принимается решение идти в обход, возвращаться на базу или продолжать выполнение боевой задачи по кратчайшему пути. ...7 сентября 1999 года группе майора Хабибуллина командование поставило боевую задачу составом двух вертолетов Ми-24 выполнить разведывательный полет северо-восточнее населенного пункта Гамиях Новолакского района. Выполняя полет парой на предельно малой высоте, Хабибуллин обнаружил перемещение боевиков в сторону лесного массива. Бандиты, заметив вертолеты, открыли по ним огонь из стрелкового оружия. Одновременно был открыт шквальный огонь с окраины леса, где находился основной отряд боевиков численностью до 20 человек. По команде майора Хабибуллина «двадцатьчетверки» выполнили сложный маневр под перекрестным огнем противника и вышли из зоны обстрела. И тут же, несмотря на повреждение несущего винта у командирской машины, атаковали бандитскую группу у окраины лесного массива неуправляемыми ракетами и из стрелково-пушечного оружия. В результате атаки, как потом сообщили наши наземные подразделения, боевики потеряли до 12 человек убитыми, у многих были ранения...    После завершения второй чеченской кампании и вплоть до лета 2008 года Ряфагатя ждали постоянные командировки длительностью по нескольку месяцев в Чечню, где исполнял обязанности командира отдельного вертолетного полка на аэродроме Ханкала. Благодаря профессионализму подполковника Хабибуллина в тот период не было потерь личного состава и авиационной техники. Наиболее сложные и опасные задания он всегда выполнял лично. Пять боевых вылетов в сутки...

В августе 2008 года Хабибуллин принимал участие в грузино-южноосетинском вооруженном конфликте. 10 августа 2008 года он получил боевую задачу на ведение воздушной разведки и высадку разведывательной группы отряда специального назначения юго-западнее населенного пункта Гори. Ведущий основной группы на Ми-8 Хабибуллин под прикрытием двух вертолетов Ми-24 (ведущий группы прикрытия подполковник А. Глянцев) начал разведку противника вдоль автодороги, ведущей к Гори. При подходе в район высадки группы задача осложнилась тем, что господствующие высоты имели очень крутые склоны, были покрыты густым лесом и находились в непосредственной близости от противника. Подполковник Р. Хабибуллин, с воздуха подобрав площадку, произвел посадку с уклоном, превышающим ограничение по данному типу вертолета. Посадка производилась на левое колесо под огневым воздействием противника. Высадив группу штурмовым способом, Хабибуллин произвел взлет с площадки и огнем бортового оружия, подавляя огневые точки противника, обеспечил огневое прикрытие разведывательной группы. Ведущий основной группы выдал целеуказание паре вертолетов Ми-24 и дал команду на подавление огневых точек противника. Благодаря хладнокровным и грамотным действиям, несмотря на огневое воздействие противника, разведывательная группа отряда специального назначения заняла господствующую высоту. По возращении на площадку Джава в вертолете Ряфагатя было обнаружено восемь пробоин. В тот день в общей сложности Хабибуллин выполнил пять боевых вылетов. 11 августа 2008 года подразделения 58-й армии выдвигались в направлении Шиндиси. Выдвижение подразделений поддерживалось огнем артиллерийской батареи, занявшей позиции в указанном ей районе. Внезапно мотострелки подверглись огневому воздействию противника с одной из высот. Подполковник Хабибуллин, находившийся в то время в воздухе, обнаружил огневую точку противника и принял решение на ее подавление. Выполнив противострелковый маневр, вышел на боевой курс и нанес точный удар неуправляемыми ракетами по позиции противника. Проявив высокий профессионализм, мужество, решительность в условиях скоротечного развития ситуации, Хабибуллин подавил огневые точки агрессора, что сохранило жизнь военнослужащим подразделения 58-й армии. По завершении активной фазы боевых действий и вывода из Южной Осетии российских войск, выполнивших свою задачу, Хабибуллин остался там старшим авиационной группы. Базировались на вертолетной площадке вблизи населенного пункта Джава. Задачи получали стандартно-привычные – несение боевого дежурства, выполнение летных задач по переброске грузов и личного состава. Помимо этого, строили и оборудовали аэродром, возводили различные объекты, входящие в аэродромную структуру, налаживали быт. Рабочий день начинался в 4 утра и заканчивался с заходом солнца. Авиаторы под командованием подполковника Ряфагатя Хабибуллина и с этими задачами справились. Из личного дела

Ряфагать Хабибуллин после училища прошел все должности – от летчика-оператора до заместителя командира отдельного вертолетного полка, неоднократно исполнял обязанности командира ханкалинского отдельного вертолетного полка. Освоил все типы и модификации вертолетов Ми-8 и Ми-24, а также вертолет нового поколения «Ночной охотник» Ми-28Н. Допущен к выполнению полетов в сложных и простых метеоусловиях, днем и ночью. Имеет налет более 3.200 часов, из них на выполнение боевых задач – более 2.800 часов. Выполнил более 2.000 боевых вылетов. Имеет квалификационную категорию «летчик-снайпер». Как высококлассный летчик-инструктор, подготовил около 30 летчиков к ведению боевых действий в горной местности с посадками на высокогорные площадки. Среди наград – два ордена Мужества, орден «За военные заслуги» и ряд медалей. В августе 2009 года в соответствии с новым обликом армии на базе отдельного вертолетного полка и штурмового авиационного полка создана Буденновская авиационная база 1-й категории. Командир – Герой России полковник Сергей Кобылаш. Его заместителем по летной подготовке назначен Ряфагать Хабибуллин с одновременным присвоением очередного воинского звания полковник. По страницам наградного листа

В многостраничном наградном листе, с которым мне недавно довелось ознакомиться, приведено такое количество боевых эпизодов из летной биографии полковника Ряфагатя Хабибуллина, что ими можно заполнить все страницы газетного номера. И каждый в отдельности эпизод заслуживает эпитета «героический». Все без исключения боевые вылеты во время командировок на войну были сопряжены с риском для жизни, требовали от летчика Хабибуллина мужества, героизма, хладнокровия и самоотверженности. Приведу лишь несколько выдержек из этого документа, касающихся исключительно только операций по спасению жизни военнослужащих. «8 ноября 2007 года на командный пункт ханкалинского отдельного вертолетного полка от командующего ОГВ(с) поступила задача на эвакуацию тяжелораненого бойца отряда специального назначения. Во время короткого боестолкновения с боевиками военнослужащий получил множественные осколочные ранения и травматическую ампутацию правой стопы и из-за большой кровопотери находился в бессознательном состоянии. Промедление было равнозначно смерти. При неустойчивых метеоусловиях, низкой облачности и ограниченной полетной видимости подполковник Хабибуллин принял решение лично выполнить задачу по эвакуации без боевого прикрытия Ми-24, чтобы не рисковать экипажами. В минимальный срок вышел в район эвакуации. При сильной ветровой болтанке и ограниченной видимости в течение 20 минут удерживал вертолет над горным склоном на высоте 30 метров. В условиях порывистого ветра и ограниченной видимости обеспечил спуск на тросе лебедки спасателя с последующим подъемом на борт вертолета тяжелораненого бойца. Затем было возвращение кратчайшим маршрутом на госпитальную площадку аэродрома Ханкала. Благодаря смелым и решительным действиям подполковника Р. Хабибуллина жизнь военнослужащего была спасена». «29 мая 2008 года на командный пункт полка поступила задача от командующего ОГВ(с) выполнить боевую задачу по поиску и эвакуации военнослужащего разведгруппы отряда специального назначения старшего сержанта контрактной службы Александра Куманяева, который получил огнестрельное и осколочное ранение грудной клетки, травматическую ампутацию правой стопы, травматический шок 1—2-й степени. В это время на аэродроме Ханкала и в целом на территории Чеченской Республики были сложные метеоусловия. Командир ОВП ОГВ(с) подполковник Р. Хабибуллин, оценив метеоусловия и сложность выполнения задачи, принял решение лететь лично. В составе экипажа вертолета Ми-8 были летчик-штурман майор В. Гаврилов, старший спасатель парашютно-десантной группы прапорщик Д. Камалдин, бортовой авиационный техник старший лейтенант А. Решетников и фельдшер-спасатель старший лейтенант медицинской службы А. Минаков. Полетели в Урус-Мартановский район – 9 километров южнее населенного пункта Комсомольское. Ввиду сложных метеоусловий и ухудшения полетной видимости командир спасательной группы подполковник Р. Хабибуллин вертолет прикрытия Ми-24 оставил перед входом в ущелье, чтобы не рисковать его экипажем. После входа в ущелье выполнение задачи усложнилось быстро ухудшающейся погодой и сильной ветровой болтанкой. Несмотря на это, Хабибуллин сумел привести Ми-8 с ювелирной точностью в заданный район эвакуации и осуществить зависание над группой. Через проем двери грузовой кабины с высоты 30 метров обеспечил спуск спасателя в подвесной системе и затем поднял на борт раненого А. Куманяева. Обратный полет по ущелью проходил в условиях практически нулевой видимости. После выхода из ущелья кратчайшим маршрутом доставил тяжелораненого бойца на госпитальную площадку аэродрома Ханкала, чем спас ему жизнь». «1 июня 2008 года на командный пункт ханкалинского отдельного вертолетного полка поступила задача от командующего ОГВ(с) на эвакуацию в 4 километрах юго-западнее населенного пункта Чожи-Чу Ачхой-Мартановского района тяжелораненого военнослужащего отряда специального назначения рядового контрактной службы Алексея Чувашева. В результате боевого столкновения разведгруппа оказалась под обстрелом боевиков, которые вели огонь из автоматического стационарного гранатомета АГС-17. В первые минуты боя тяжело ранило рядового контрактной службы Чувашева. Он получил травматическую ампутацию голеней обеих ног, травматическое разрушение пальцев левой кисти, множественные огнестрельные осколочные ранения правого и левого бедра, травматический шок 3-й степени. Перегруппировав силы, командир разведгруппы запросил по радио вертолет для эвакуации тяжелораненого бойца. По всему району Чеченской Республики было объявлено штормовое предупреждение. Подполковник Р. Хабибуллин принимает решение лететь на эвакуацию лично на Ми-8, отказавшись от прикрытия вертолетом Ми-24. В составе экипажа летчик-штурман майор В. Гаврилов, старший спасательной парашютно-десантной группы прапорщик Д. Камалдин, бортовой авиационный техник капитан А. Сюткин. При подходе к горному ущелью полетная видимость ухудшилась до 300-350 метров. Командир экипажа Хабибуллин продолжил полет, осознавая риск. Радиосвязь с группой отсутствовала, а плохая видимость и низкая облачность в районе эвакуации серьезно затруднили поисковые действия с воздуха. Маневрируя между горными хребтами, над сильно пересеченной местностью, на предельных и критических режимах пилотирования, командир экипажа обнаружил разведгруппу в лесу на миниатюрной площадке горного склона, окруженного высокими деревьями. Ми-8 завис и с высоты 30 м на бортовом спусковом устройстве за раненым отправился спасатель прапорщик Д. Камалдин. В течение 26 минут на высоте 30 метров подполковник Хабибуллин филигранно удерживал вертолет над горным склоном в условиях порывистого ветра с дождем и плохой видимости. При подъеме раненого на лебедке командир с экипажем действовали с ювелирной точностью, чтобы исключить столкновение подвесной системы, на которой находились спасатель и раненый рядовой Чувашев, с кронами деревьев. В поисково-спасательной операции экипаж Ми-8 предпринял все, с риском для собственной жизни, для спасения жизни тяжелораненого бойца». «12 августа 2008 года подразделения мотострелкового полка вышли на указанный рубеж и встретили огневое сопротивление противника. В ходе боя были ранены шесть военнослужащих и захвачен пленный с важными тактическими документами. Подполковник Хабибуллин вылетел на эвакуацию из района передовых позиций. На предельно малой высоте, используя рельеф местности, летчик, избегая зон возможного поражения средствами ПВО противника, выполнил посадку за зданием железнодорожной станции. В период эвакуации место посадки подверглось минометному обстрелу. В кратчайшие сроки летчик осуществил прием раненых на борт вертолета, выполнил взлет и отход в безопасном направлении. Жизнь раненых была спасена, а ценная разведывательная информация доставлена командованию. В этот день подполковник Хабибуллин выполнил четыре боевых вылета». «14 августа 2008 года в составе экипажа подполковник Хабибуллин эвакуировал из района боевых действий 12 военнослужащих, получивших ранения в результате артиллерийского и минометного обстрела грузинскими войсками. Эвакуация проходила в сложных метеорологических условиях высокогорья под усиленным обстрелом противника, в результате вертолет получил незначительные повреждения, но командир экипажа сумел довести вертолет до пункта назначения – на площадку Джава. Благодаря смелым и решительным действиям подполковника Хабибуллина жизни военнослужащих были спасены».

Прочитав внимательно все страницы пока не реализованного наградного листа на боевого летчика Ряфагатя Хабибуллина, задержал свой взгляд на дате: 22 августа 2008 года. Выходит, минуло почти полтора года, а решения нет. Очень обидно. И несправедливо, как мне думается. По словам Ряфагатя Махмутовича, для него главная награда – это слова благодарности из уст его многочисленных крестников, возвращенных к жизни при его непосредственном участии, и их родителей, жен и других близких людей. В результате вылетов на поисково-спасательные операции офицером Хабибуллиным эвакуировано из районов боевых действий и спасено более 40 раненых военнослужащих. Спасено, почитай, больше взвода таких же самоотверженных, беззаветно преданных Отечеству людей, каким предстал передо мной летчик Хабибуллин.