Каллистратов Василий Акимович

Каллистратов Василий Акимович (Калистратов Василий Акимович, Vasili Kallistratov (1870 - 1937.08.30) есть российский священник, арестованный 1937.08.06 и убитый 1937.08.30 советскими фашистами в городе Рыльск.

Заступница
Каллистратов упоминается в книге Заступница под редакцией Е.Печуро . Релевантный кусок текста копипастнут ниже:

М.А.Каллистратова. Детские годы.

Родилась Софья Васильевна 6 (19) сентября 1907 г. в селе Александровка Льговской волости Рыльского уезда Курской губернии. Василий Акимович Каллистратов (1866-1937?), потомственный сельский священник, закончил духовную семинарию, потом некоторое время учительствовал, а после женитьбы принял сан и получил свой приход. Он был очень умный, добрый и глубоко верующий человек, с философским складом ума. Прихожане его любили, на его проповеди специально приезжали люди из соседних сел.

Мать - Зиновия Федоровна, урожденная Курдюмова (1876-1963), тоже из семьи священника, была полной противоположностью своему мужу. Веселая, энергичная, общительная, любительница принарядиться, она была атеисткой, семью мужа (очень религиозную) недолюбливала. Несмотря на незаконченное образование (четыре класса епархиального училища), она была очень начитанной, прекрасно знала русскую классику, помнила наизусть много стихов, любила и зарубежную литературу, особенно приключенческую. (Хорошо помню, как, когда я была маленькая, она рассказывала мне, с продолжениями в течение многих вечеров, увлекательные истории, в которых, как я поняла впоследствии, причудливо сплетались воедино Жюль Верн, Шахразада, Стивенсон, Купер; а когда приходила пора засыпать, она пела мне на собственные мотивы всего «Демона» или отрывки из «Цыган».)

Приход в Александровке считался богатым: на горке напротив церкви (за которой простирался огромный церковный сад) стоял большой дом священника, с фруктовым садом, огородами и дворовыми службами. В хозяйстве были две лошади, две коровы. В доме была прислуга: кучер, кухарка, няня для младших детей. Зиновия Федоровна занималась воспитанием детей (от которого полностью отстранила мужа), рукоделием, чтением. Весь уклад жизни был сугубо светский - в доме было много книг, выписывались журнал «Нива» с приложениями, детские журналы, дочек учили музыке, французскому языку. Софья Васильевна рассказывала, как по праздникам ее родители, а иногда и старшие сестры, уезжали в гости к Остапцу - управляющему имением князей Барятинских - в «экономию», где собиралась местная интеллигенция - врач, фельдшер, агроном, учитель, их дети - семинаристы и студенты. А для младших детей самым ярким воспоминанием были поездки в гости к любимой «тетечке Марусе» - одной из двух сестер Зиновии Федоровны, мужья которых, тоже священники, имели приходы в той же волости. Ехали в Ивакино, за пятьдесят километров, на линейке, запряженной парой лошадей: родители, няня с самым маленьким на руках и старшие дети - по бокам, на сиденьях, а малыши как-то умещались посредине. Все принаряженные, по дороге пели песни. По приезде Василий Акимович вел службу в Ивакинской церкви, а Отец Александр (муж тетечки) ему сослужал. Через несколько дней, прихватив с собой еще пару тетечкиных дочек, так же, с песнями, возвращались в Александровку.

Детей в семье Каллистратовых было семеро. Четверо старше Софьи Васильевны - Наталья, Надежда, Федор и Дмитрий - и двое младше - Миша и Ванечка. Трое старших детей учились в гимназии в Курске - там им и их двоюродным сестрам родители снимали на зиму квартиру. Соня верховодила в компании младших. Вместе с Димой, который прекрасно рисовал, она «издавала» детский юмористический журнал - в нашей семье долго хранились два номера, в школьных тетрадках, с рассказами, стихами собственного сочинения, рисунками, карикатурами. Сильным характером Софья Васильевна отличалась с детства. Она рассказывала мне, как в пятилетнем возрасте в полной темноте выходила одна в сад - было очень страшно, но хотелось доказать, что храбрая. А уже в школе, на спор с подружками, поздно вечером ходила через кладбище - с той же целью. Жизнь в семье была сложной. Зиновия Федоровна любила командовать, но при этом отличалась крайней бесхозяйственностью. Кроме того, она постоянно попрекала мужа тем, что из-за него она не получила образования, что он ее обманул - обещал работать учителем, а сам стал священником. Дети, несмотря на распри родителей, были удивительно дружными. Характер они унаследовали отцовский, но под влиянием матери все росли атеистами. Четверо братьев и сестер Софьи Васильевны, а также одна из двоюродных сестер - хирург Лидия Александровна Попова - были очень близки моей семье. Все они оказались одаренными и обладали прекрасными свойствами русской интеллигенции чеховских времен: добротой, бессребренничеством и стремлением приносить пользу своим трудом. Все они (кроме Дмитрия Васильевича, который погиб в Германии в 1945 г.) прожили долгую жизнь. Отношения между ними были редкостные, я никогда не видела ни одной ссоры (думаю, их и не было), не слышала ни одного грубого, да и просто недоброжелательного слова. Всегда, до глубокой старости, они называли друг друга и мать только ласково, уменьшительными именами - мамуся, Таличка, Сонюрочка, Федарик, Димуся, Мишелик - и заботливо поддерживали друг друга…

В 1915 г. Василий Акимович получил приход в Рыльске, старинном русском городе с богатым историческим прошлым. В XVIII в. Рыльск стал значительным купеческим центром на юго-западе России. Ко времени переезда туда Каллистратовых город, оказавшись в стороне от железной дороги Курск-Киев, утратил былое торговое значение, однако сохранил свой облик и культурные традиции. В Рыльске, где проживало менее двадцати тысяч человек, было тринадцать церквей (в том числе огромный Успенский собор, построенный в честь победы России над Турцией); почти вплотную к городу, на высоком берегу Сейма живописно раскинулся Свято-Николаевский монастырь. В городе до сих пор сохранились великолепные двухэтажные торговые ряды, особняки купцов Шелеховых, Филимоновых, Латышевых, красивые общественные здания. Сохранилось и несколько зданий, построенных в XVII в., например дом, в котором останавливался, возвращаясь после победы над шведами под Полтавой, Петр I. Служил Василий Акимович в Покровском соборе - единственной в Рыльске церкви, не разрушенной при советской власти, - в самом центре города. Вскоре Каллистратовы купили неподалеку двухэтажный каменный дом с маленьким садиком (дом тоже сохранился), и вся семья переехала из Александровки в город.

Революцию Зиновия Федоровна и старшие дети приняли восторженно. Наталья Васильевна, которая к этому времени стала сельской учительницей, после Февраля «металась» между эсерами и меньшевиками. Весной 1917 г. она уехала в Москву - поступать на Высшие женские курсы, и уже там, после октябрьского переворота, вступила в РСДРП(б). Федор Васильевич с энтузиазмом включился в перестройку гимназии в единую трудовую школу, участвовал в организации в Рыльске комсомольской ячейки. Весной 1919 г. он был делегирован на Всероссийский съезд комсомола, слышал выступление Ленина и с юношеской безоглядностью решил бороться за выполнение его призывов. В шестнадцать лет стал добровольцем - бойцом 225-го стрелкового Балаковского полка 25-й («Чапаевской») дивизии. После гражданской войны он окончил Петровско-Разумовскую сельскохозяйственную академию («Тимирязевку»). Софья Васильевна часто шутила, что старший брат с детства хотел стать агрономом, потому что ему очень нравилось, как лихо агроном из «экономии» на тройке разъезжает.

Соня в 1917 г. сдала экзамены в Шелеховскую гимназию, носившую имя земляка рыльчан, известного мореплавателя Г.И.Шелехова (при этом чуть не провалилась по закону Божьему, - лишь из уважения к Василию Акимовичу его коллега поставил ей проходной балл), но учиться она начала уже в единой трудовой школе. Несколько утрируя, она так вспоминала о принятом тогда в начальных классах «предметном» методе обучения: «Если на уроке грамматики «проходили», как пишется слово «утка», то на следующем уроке, биологии, - как утка живет и размножается, на уроке географии - где обитает, и т.д.». Порядки в школе тоже были своеобразные: прямо на уроке ученики жарили наловленных утром пескарей (очень хотелось кушать!).

Однако в целом школа была очень хорошей, так как в ней сохранился коллектив преподавателей гимназии. В мои школьные годы мама не раз рассказывала о прекрасном учителе Александре Николаевиче Выходцеве, чьи уроки математики она очень любила, о преподавателе истории и латыни Михаиле Ивановиче Архангельском, о преподавателе литературы Евгении Николаевиче Глебове, о сестрах Литке - Зинаиде Васильевне и Марте Васильевне, которые учили их французскому и немецкому языкам, о директоре школы Михаиле Ивановиче Тимонове (после Отечественной войны он 10 лет отсидел в лагерях). Но были и «шкрабы» (школьные работники), у которых учиться было нечему. Среди выпускников этой школы оказалось немало известных людей, например, физик академик Г.В.Курдюмов, заслуженная артистка РСФСР К.И.Тарасова, одноклассник Софьи Васильевны профессор истории В.В.Мавродин.

Когда Соне было двенадцать лет, семья Каллистратовых распалась. Василий Акимович отказался сложить с себя сан, и Зиновия Федоровна отреклась от мужа-священника. Старшая дочь порвала отношения с отцом еще в 1917 г. С 1919 г. она взяла мать, младших братьев и Соню на свое иждивение. Отец стал жить отдельно, у своих прихожан, дети навещали его, но их пути разошлись окончательно. Пример старших оказал влияние и на Соню. В четырнадцать лет она хотела вступить в комсомол, но времена уже изменились и ее, как поповскую дочку, не приняли. Впоследствии, в 1929 г., отца арестовали, но через некоторое время, когда уже вся семья уехала из Рыльска, выпустили. В 1930 г. он приезжал в Москву - повидать детей, потом его в Рыльске несколько раз навещал младший сын Миша, но в 1937 г. Василия Акимовича арестовали снова, и дальнейшая его судьба неизвестна. Софья Васильевна перед войной несколько раз посылала своей школьной подруге в Рыльск письма с просьбой узнать что-нибудь об отце, но никто ничего о нем не знал.

Убийцы Каллистратова
Судя по историческим документам, убийцами Каллистратова являются Бакатин Вадим Викторович, Балябин Григорий Степанович, Бельский Лев Николаевич, Берия Лаврентий Павлович, Буздес Абрам Моисеевич, Быстрых Николай Михайлович, Вейншток Яков Маркович, Ежов Николай Иванович, Жуковский Семён Борисович, Зуев Павел Никитич, Кручинкин Николай Кузьмич, Курский Владимир Михайлович, Литвин Михаил Иосифович, Маркеев Михаил Иванович, Сталин Иосиф Виссарионович, Чернышёв Василий Васильевич, Фриновский Михаил Петрович, Цесарский Владимир Ефимович, Шапиро Исаак Ильич,

и другие советские ветераны, сотрудничавшие с большевиками и КГБистами.

Соучастники
Судя по публикациям, соучастниками убийц являются следующие советские фашисты: Агас Вениамин Соломонович, Агеев Гений Евгеньевич, Андропов Юрий Владимирович, Баламутов Александр Дмитриевич, Грушко Виктор Фёдорович Брежнев Леонид Ильич, Емохонов Николай Павлович, Захаров Николай Степанович, Ивашутин Пётр Иванович, Копытцев Алексей Иванович, Крючков Владимир Александрович, Лунёв Константин Фёдорович, Мальцев Николай Владимирович, Мироненко Пётр Никифорович, Молчанов Георгий Андреевич, Молотов Вячеслав Михайлович, Никитинский Иосиф Илларионович, Николаев-Журид Николай Галактионович, Олейников Анатолий Аввакумович, Путин Владимир Владимирович, Семичастный Владимир Ефимович, Серов Иван Александрович, Ульмер Вольдемар Августович, Федорчук Виталий Васильевич, Хрущев Никита Сергеевич, Цвигун Семён Кузьмич, Цинёв Георгий Карпович, Чебриков Виктор Михайлович, Шебаршин Леонид Владимирович, Шелепин Александр Николаевич, и другие советские ветераны, сотрудничавшие с большевиками и КГБистами и обеспечивающие засекречивание улик.

По крайней мере 2016 года, КГБисты продолжают укрывательство коллег – непосредственных исполнителей убийства и их соучастников; наблюдается засекречивание архивов КГБ и КПСС.

Если с Вашей точки зрения, некоторые фамилии попали в списки выше по ошибке, и их носители не причастны к советскому фашизму, то сообщите об этой ошибке Редактору.

Не только Каллистратов


Каллистратов Василий Акимович является далеко не единственным, кого во время СССР убивают советские фашисты. По разным оценкам, за время СССР, советские ветераны убивают большинство соотечественников, порядка \(10^8\) человек; большевики убили почти всех честных сограждан, способных к созидательной деятельности и самовоспроизводству.

Особенно кровавым, разрушительным большевистский террор является в течение диктатуры Ленина-Сталина, 1917-1953 годы. Лишь в 1954 году, новый советский фюрер, генсек, Хрущев Никита Сергеевич обнаруживает, что, если он будет и дальше продолжать массовые репрессии, то он останется правителем без подданных, и начинается хрущевская оттепель. Некоторых своих жертв советские ветераны "реабилитируют", но большинство убийц, отправлявших соотечественников на расстрелы и в концлягеря ГУЛАГа, сохраняют не только свободу, но и награбленные ценности; в частности, квартиры прихватизироваанные ими у убитых ими соотечественников. Их потомки гордятся предками-убийцами и при случае грозят "можем повторить".



Советские фашисты, осуществляющие массовые репрессии во время СССР, их соучастники, их укрыватели и их потомки представляют общественную опасность и в 21м веке. Они готовы вернуть СССР и снова убивать соотечественников, как это делали советские ветераны, убившие Каллистратова. Поэтому документы о Каллистратове и других жертвах советского фашизма представляют не только абстрактную академическую, но и прикладную, практическую ценность.

Некоторые линки на публикации об опасности советских фашистов и их потомков собраны в статье Назад в СССР.

Единоверцы
В России наблюдаются религиозники, называющие себя христианами и свою общину "Российсская православная церковь". Судя по публикациям, её представители не только не почитают христиан, убитых советскими фашистами, но и наоборот, поют хвалы КГБистам и колдуют во славу новых убийств; попы РПЦ "освящают" оружие и, в частности, стратегические ракеты класса "Сатана".

Таким образом, религиозников из РПЦ можно лишь условно назвать единоверцами Каллистратова, и столь же условно их можно назвать христианами. К христианству деятельность РПЦ имеет примерно столько же отношения, сколько война кланов алой и белой розы - к цветоводству.

Warning
Свидетельства фашистской, террористической деятельности убийц Каллистратова и прочих советских ветеранов не являются основанием для внесудебний расправы над этими фашистами и их родственниками

Keywords
Агрессор и оккупант, Большевизм, Большевики убили почти всех, Засекречивание, Каллистратова Римма Фёдоровна, КГБ, Нюрнберг-2, РПЦ, Религия, СССР, Террор, Фашизм,