Мурка

From TORI
Jump to: navigation, search

Мурка (Murka) есть персонаж утопии Татария. В ином контексте, термин Мурка может иметь и иные значения.

Мурка появлется как главарь банды, контролирующей значительную территорю на севере Евразии.

В самом начале 22го века, Мурка, совместно с другими паханами Тартарии, под руководством Генерала Марка Артурова, Мурка принимает Конституцию Тартарии.

Мурка, как и другие паханы, с треском проигрывает первые же честные выборы координаторов республик. Как дама весьма тёртая и практичная, Мурка понимает, что сопротивление прекрасно вооружённой и информированной армии Артурова беслолезно. Однако Мурке удаётся сохранить одно из министерств (МВД) под видом Мурка-банка, и это министерство становится национальным банком Тартарии.

История

В прошом, 21м веке, Мурка делает головокружительную карьеру от внебрачной дочери высокопоставленного чиновника до атаманши банды, контролирующей значительную территорию, когда РФ повторяет судьбу СССР. Соучастников Мурки называют "муркинские".

Мурка знает, насколько опасно и неустойчиво положение главаря или атаманши банды. Поэтому она много времени и внимания уделяет рассмотрению ссор между её разбойниками, и щедро одаривает всех слуг и личную охрану. Другие паханы гибнут один за другим, либо завоеванные соседним паханом, либо сражённые, отравленные, задушенные конкурентами и родственниками в борьбе за главенство. Мурке удаётся пережить всех своих коллег.

Мурка никак не называет свою вотчину, и она стихийно называется тоже "Мурка". Во время одной из пресс-конференций, журналист указывает, что имеется определенная путаница в названиях, так как республика Мурка называется так же, как и атаманша Мурка. Мурка отвечает:

- Никакой путаницы! Республика - это я! Если кто до сих пор этого не понимает, будет иметь дело с моими гвадрейцами. Они ему быстро объяснят, что к чему.

Такая откровенность и даже наглость мало что добавляет к уже сформировавшейся репутации "республики" Мурка, репутации диктаторши Мурки, как и к репутации соседних паханов и их паханатов.

Экспоненциально растущие расходы Мурки опустошают казну. Кроме охраны самой Мурки, национальной гвардии Мурки приходится охранять дворцы, в которых живут и учатся сыновья и дочери Мурки. Мурка залазит в глубокие интернациональные долги. Вскоре, бюджета Мурки не хватит даже на то, чтобы "обслуживать" эти интернациональные долги. То есть платить проценты по интернациональным долгам. Население Мурки сокращается: многие жители предвидят грядущую расплату и не хотят в ней участвовать. Они уезжают в цивилизованные страны - те, кого туда пускают (как семья Рувима Печора), или в соседние паханаты - те, кого в цивилизованные страны не пускают. В соседних паханатах финансовые и экономическое положение немногим лучше.

Встаёт вопрос о продаже территорий. Чтобы сохранить "территориальную целостность" Мурки, некоторые министры предлагают отказаться от выплаты долгов и уйти в "глухую оборону". В условиях постоянных конфликтов между паханатами, такое решение представляется неудовлетворительным: Соседние паханы могут объединитсья и покорить паханат, то есть матриархат Мурки, убив, для надёжности, её саму и всех её наследников..

Мурка учреждает новое министерство, "МВД". Такая аббревиатура означает вовсе не "Motor Vehicle Division", как иностранные наблюдатели могли бы подумать, а "министерство вагинальных дел". Все девочки паханата, достигшие 16 летнего возраста, призываются на обязательную службу в МВД. Они обозначаются термином "призывницы".

Служба в МВД включает весьмо тяжёлую (и столь же эффективную) общефизическую подготовку в течение двух месяцев. После этого, девочки должны обслуживать клиентов - главным образом, иностранныых визитёртов и местных олигархов, поскольку у остального населения матриархата Мурки и близко нет таких денег. Обычно, призывницы беременеют в течение первых же месяцев службы в МВД, так как противиозачаточные средства в МВД запрещены (а аборты тем более). Некоторые клиенты выкупают своих биологических потомков, и торговля детьми приносит Мурке дополнительный доход. Для остальных детей, при МВД строятся детские обучательные учреждения - школы, детские сады, ясли. При этом улучшается демографическая обстановка в матриархате. Такой приток новых подданных важен, ввиду того, что многие девочки вовсе не стремятся проходить службу в МВД и бегут из Мурки, несмотря на наглядную агитацию:

"Отдать интернациональный долг - почётная обязанность каждой гражданки!"

"Девочка! Служба в МВД сделает из тебя настоящую женщину!"

Мурка считает, что успешные (то есть состоятелные) клиенты имеют более полноценный генотип, чем граждане её матриархата и соседних паханатов. Таким образом, ожидается, что деятельность МВД улучшит качество нации.

По мере того, как качество обслуживания клиентов в МВД улучшается, билеты-квитанции, по которым оно производится, дорожают. Чтобы стимулировать продажи, билеты МВД продаются без ограничения срока давности. Олигархи начинают закупать эти билеты впрок. Чтобы избежать подделок, Мурка закупает специальные станки для печатания билетов МВД. Прочность материала, из которого делаются эти билеты, позволяет использовать их многократно. Билет, по которому производится базовое обслуживание, называется "один фан" или, в просторечье, "один фак". Кроме того, выпускаются более мелкие билеты достоинством "один кисс"; они свободно обмениваются по курсу 1 фан = 100 киссов. Печатаются билеты в 1 кисс, 10 киссов, 20 киссов и 50 киссов.

Бигпуф

Отношения между паханатами с каждым годом портятся и перерастают в междоусобную войну, в которой используются все виды оружия. Стычки происходят и на границе матриархата Мурки, но долги Мурки, которые она постепенно и весьма успешно выплачивает, а также "Базовое обслуживание" (1 фан) и "специальное обслуживание" (без верхнего предела стоимости) челяди соседних паханов удерживают эти паханаты от масштабний агрессии в Мурку.

Национальные валюты постепенно обесцениваются, фаны дорожают и становятся второй валютой. Междоусобные войны разрушают промышленность. Кроме того, значительная территория оказывается заражённой нестабильными изотопами. Из цивилизованных стран, эта война воспринимается как большой выброс, "пуфф" нестабильных изотопов - иода, цезия, америция, стронция, рутения и, конечно всего букета урана и плутония. Поэтому конфликт получает название "Бигпуф (Bigpuf).

Население бежит из паханатов и матриархата в цивилизованные страны, но им там совсем не рады, а скорее даже наоборот. Даже полное эмарго на торговлю с воюющими паханами не удерживает их от бовевых действий.

Командующий Международными Войсками, генерал Марк Артуров получает задание прекратить Бигпуф. Он наводняет территорию северной, центральной и восточной Евразии видеокамерами и детекторами, как стационарными, так и портативным; он нещадно бомбит те паханаты, которые применяют ядерное оружие против соседей. Это мало помогает, и на вопрос, как долго такое безобразие может продолжаться, Артуров грустно отшучивается "До скончания века".

Годы идут, бигпуф продолжается, и "скончание века" приближается. Зона боевых действий обозначается как "Ад", Тартар, Тартария.

Артуров спорит с коллегами на ящик коньяка, что закончит операцию до наступления 22го века. Артуров проигрывает спор: документ, в последствии известный как Конституция Тартарии, принимается только 5 января 2100 года. Учреждается союз паханатов, Тартария; Конституция Тартарии запрещает агрессивные войны и предписывает мирное сосуществование и даже сотрудничество. Эта же Конституция предписывает открытые выборы паханов-координаторов и судей, а также суровое наказание для тех координаторов, которые не выполняют предвыборных обещаний; это квалифицируется как fraud, мошенничество.

Паханаты и матриархат Мурки провозглашаются "фермами", республиками нового государства Тартария. Артурову приходится приложить немалые усилия для того, чтобы обеспечить честные выборы координаторов и судей Тартарии. Мошенничество на выборах квалифицируется как "измена Родине" и карается смертной казнью.

Мурка, как и другие паханы, с треском проигрывает первые же честные выборы. Однако у неё хватает ума признать поражение, и она остаётся единственной среди окрестных диктаторов, кому удаётся остаться в живых при новом строе.

Поголовная принудительная служба в МВД, согласно новой Конституции, признаётся незаконной. МВД трансформируется в Мурка-банк.

К моменту учреждения Тартарии, Мурка уже расплачивается с долгами и даже имеет некоторый резерв валюты цивилизованных стран. Этот резерв позволяет ей сохранять покупательную способность фана в течение первых лет, даже в отсутстиве дармовых призывниц, как, впрочем, и большого потока клиентов. Затем, постепенное восстановление промышленности на территориях, опустошённых Бигпуфом, требует новых инвестиций. Эти инвестиции (в фанах) предоставляет Мурка-банк, и де-факто, а затем и де-юре, становится национальным банком Тартарии. До сих пор каждый может прийти в Мурка-банк с одним фаном и за этот фан получить "базовое обслуживание", но этой услугой почти никто не пользуется; в этом, Мурка-банк не может конкурировать с частницами, предоставляющими те же услуги качественнее (а иногда и дешевле).

Мурка "понимает, что она почти ничего не понимает" в банковской деятельности, и приглашает для работы в банке иностранных специалистов, рекомендованных Марком Артуровым. Формально, она остаётся бессменным директором Мурка-банка. Мурка старается не вмешиваться в работу банка и много времени проводит, играя в гольф. Она завещет похоронить её тело на гольфовом поле, как символ того, что правителям следует сладывать полномочия то того, как они окачурятся, а не после. То есть играть в гольф и не вредить стране.

На гольфовом же поле Мурка за умеренную плату даёт интервью любым газетчикам. Обычно её расспрашивают про то, как работает Мурка-банк; но Мурка не может толком это объяснить, как она сама признаёт, по причине её невежества. Разговор обычно перетекает в воспоминания 21го века, и Мурку спрашивают, жалеет ли она, что образовалась Тартария и что она утратила абсолютную власть. Мурка каждый раз отвечает, что на то воля Божья, и глупо идти против нее. И добавляет:

- Впрочем, всё это не важно. Важно, что я пока ещё с этой стороны от травы! - и топает по травяному покрытию корта.

За последние 10 лет, Мурка-человек почти не изменилась, и трудно ожидать, она в скором будущем переместится "по другую сторону от травы". Что же касается Мурка-банка и Мурки-фермы.. Это совсем другая история.

Ферма

Паханат, то есть матриархат Мурки, меньше других паханатов пострадал от бигпуфа. Там было меньше внутривидовой борьбы между ворами в законе, криминальными авторитетами. Их больше осталось в живых. Как следствие, Мурка оказывается самой криминогенной фермой среди ферм Тартарии.

Законы Тартарии не имеют обратной силы. Это была вынужденная мера, поскольку честных граждан, по крайней мере на момент учреждения Тартарии, в Тартарии почти не было. Когда Марк Артуров указывает на это обстоятельство председателю ООН, председатель отвечает примерно так:

- Sorry, Mr. Arturov. We have no other people for you.

Встала задача, что делать с наиболее активными, агрессивными и опасными преступниками. Артуров поставил задачу выловить и пересажать их уже по новым законам за новые преступления.

Артурову помогла система тотальной слежки. Она была создана совсем дла других целей - чтобы отслеживатъ (и немедленно наказывать) милитаристов за каждый случай использования ядерного оружия. Как непосредственные исполнители, так и штаб армии, приенившей ядерное оружие, уничтожались в течение нескольких часов или даже минут после ядерного взрыва. (К сожалению, вместе с более мирными жителями, оказавшимися неподалёку.)

Затем, уже после учреждения Тартарии, те же системы использовались для уничтожения бандитов, мошенничающих на выборах координаторов и судей. (В Мурке, этот этап прошёл мягче, чем в других фермах, так как Мурка быстро поняла, что у неё нет шансов в противостоянии Артурову.)

Тартарцы знали о системе слежки, и даже сами могли следить за соседями, родственниками, судьями, координаторами и прочими назначенными им чиновниками через эти системы. Но не все во-время осознали масштабы этой слежки, её тотальность. Именно они оказались первыми подсудимыми только что учреждённых судов. Осуждённых оказалось слишком много; в Тартарии не было соответствующего количества тюрем. Для зеков пришлось строить концлагеря - примерно как пару веков назад в СССР, и даже одевать на зеков кандалы - как это практиковалось парой килолет раньше.

За два килогода, технология изготовления кандалов сильно продвинулась. Практически, оказалось достаточно одеть на преступника специальный ошейник с коммуникатором, системой глобального позиционирования, а также системой поощрения и наказания. Ошейник локализует в голове каторжника две точки - центр удовольствия и центр боли. Затем, по указанию вертухая или мастера, в эти точки посылаются специальным образов сфокусированные волны. Практически, такой ошейник превращает человека в послушное животное.

Пришлось писать специальную инструкцию для вертухаев, которая предписывала использовать преимущественно поощрение (удовольствие), и лишь в исключительных случаях - боль; причём и то, и другое предлагалось посылать каторжникам в минимальных количествах, которые всё ещё достаточны для эффективного управления. Предлагалось по возможности заменять эти сигналы более привычными способами поощрения: комфортные условия содержания, качественная пища, секс, зрелища.

Формально, пожизненные каторжае, рабы продаются только в Мурке. Практически, в законах оказалась лазейка, которая позоляет использовать труд зеков в любой ферме Тартарии - при условии что вертухай сдал экзамен по использованию кандального ошейника.

Немалую роль в отлове авантюристов играют азартные игры. Гамблеры легко проигрывали всё своё имущество, брали в долг под залог собственного тела, и, не сумев выплатить этот долг, становились рабами. Подходящая модифицация шахмат - Бинго, превращавшая шахматы в азартную игру, была изобретена специально для этой цели.

Мурка-банк

Любой серьёзный банк живёт тем, что даёт деньги в долг под проценты. Это позволяет ему выплачивать некоторые проценты (хотя и сильно меньшие) вкладчикам. Для любого банка в цивилизованной стране, остро стоит вопрос о том, что делать с заемщиками, которые не могут во-время вернуть долг. Если их не наказывать, то банк прогорит, лопнет.

Эта трудность не относится к Мурка-банку. Для того, чтобы получить кредит в Мурка-банке, достаточно подписать гарантию, что заёмшик берёт в долг под залог своего имущества и, если стоимость имущества окажется недостаточной, своего тела.

Именно в такую ловушку попадает Ната Кискин, не осознав масштаба цен в Тартарии: Один фан примерно эквивалентен сотне долларов, а к приезду Наты уже даже больше. Ната берёт неподъемный кредит, чтобы купить привычный ей антиквариат. В момент покупки, Ната думает, что антиквариат продаётся по символическим ценам. К безответсвенной растрате денег Ната добавляет уголовщину в виде педофобии и расизма, да ещё скандалит с судьёй Ли Сициным. В результате, Ната и поручившийся за неё Рувим Печор оказываются зеками, причём Ната - пожизненно.

Агент Мурка-банка, Барсик Рыболов, ловя Нату в долговой капкан, расчитывает, что коллеги Печора выкупят и его, и Нату за хорошую сумму, но он не учитывает скандального характера Наты и Рувима. Коллеги даже не заикаются о том, чтобы выкупить Печора, и Барсику приходится продавать и Нату, и Рувима за символическую цену..

Песня

Мурка не любит, когда её публично прославляют. Особено после учреждения Тартарии. Она говорит, что это пахнет культом личности, а диктаторов, культивирующих или допускающих собственный культ, обычно убивают. В частности, Мурке не нравится песня, воспевающая Мурку. Но ей нравится мотив, и она нанимает поэтов, чтобы переделать эту песню. В переделке, воспевается не Мурка, а вор в законе, бандит и убийца, агент КГБ, купивший должность патриарха:

Мы пошли на дело -
Выпить захотелось;
Мы зашли в шикарный ресторан;
Там сидел Гундяев
С бандой вертухаев
Из-под рясы у него торчал наган.

Мы решили смыться
Чтоб не завалиться,
Но за это Гуньке отомстить
Гунька наш сучёнок,
Гунька поросёнок,
Без тебя нам будет легче жить.

Мой напарник вмазал,
Вмазал и промазал.
И попал немножечко в меня..
Я больнице с раной,
Сволочь мой напарник,
Трёт блядей с Гундяем без меня..

Warning

Спойлеры утопии Тартария пишутся и заливаются в пордядке поступления публикаций, которые указывают, что будет происходить на территории Северной, Центральной и Восточной Евразии через сотню лет. Или даже с запозданием. Эти спойлеры могут частично перекрываться друг с другом.

Ожидается, что в течение 21го века, до начала описываемых в утопии событий, из таких спойлеров будет собрано последовательное изложение. Примерно так из опубликованных в научных журналах статей собрана книга Superfunctions.

Утопия пишется сразу на нескольких языках, преимущественно на русском и английском. Части, относящиеся к 21му веку (до учреждения Тартарии), используют преимущественно русский язык. Части, относящиеся к 22му веку (после учрждения Тартарии), используют преимущественно английский, хотя многие пресонажи, особенно в сельской местности, всё ещё говорят по русски. Перевод всего текста на один какой-либо язык не планируется - по крайней мере по состоянию на 2018 год. В черновой версии все спойлеры и драфты содержат опечатки (и, вероятно, иные ошибки). Автор благодарен читателям, которые на них указывают.

References

  1. https://www.vologda.kp.ru/daily/26842.4/3883129/ ИВАН ЧУХНИН. В Великом Устюге появился памятник легендарной Мурке, Героиня шлягера кого-то ждет у злачного места. 2018, 14 ИЮНЬ 19:00

2018.12.30. http://agonia-ru.com/archives/28187 Быков: Вы думаете, упадет путинская власть, Россия станет свободной? Ничего подобного. Наступит взаимное истребление 30.12.2018

Keywords

Bigpuf, Tartaria, Tartaria01, Tolian Horoshilina,

Бигпуф, Карл Браун, Конституция Тартарии, Марк Артуров, Распад РФ, Тартария, Тартария.Беженцы, Тартария.МВД, Тартария.Трулаг, Тартария.Рабство, Тартарская кухня, Утопия, [[]],